Ко мне направляются несколько Одаренных членов сообщества, которых я полностью игнорирую, направляясь прямиком к двери. Я не заинтересован в разговоре с ними, поскольку уже отказал им в доступе в Убежище из-за их нежелания пройти процедуру проверки, но я уверен, что теперь они увидели ошибки своего пути. Проблема в том, что у нас нет возможности принять больше людей, так как из-за нападений Сопротивления мы отстали от графика на четыре месяца в плане строительства новых домов.

У них был шанс, но они его упустили.

Я делаю еще три шага к двери, прежде чем сенатор Олдхэм проскальзывает передо мной, преграждая мне путь своей благородной улыбкой. Мои узы внутри меня отшатываются, недовольные тем, что она находится так близко к нам, но я заставляю себя сохранять нейтральное выражение лица.

— Советник Дрейвен, я не ожидала, что вы появитесь. Ходят слухи, что вы нашли себе подружку и игнорируете свои обязанности, живя с ней.

Мне не нравится, что эта женщина говорит об Олеандр.

Мне не нравится, что она говорит пренебрежительным тоном, и я ненавижу выражения, которые используют неодаренные, когда говорят о чем-то столь почитаемом сообществом Одаренных, но я нацепляю на лицо сдержанную улыбку

— Если это ваши поздравления, то я должен признать, что нахожу их недостаточными. Я был занят решением проблем с Сопротивлением и сохранением жизни как можно большего числа членов моего сообщества, пока имел дело с худшим, что выкопало человечество.

Я также включаю ее в это заявление, но, судя по тому, как она одаривает меня в ответ очень политической улыбкой, она упускает этот факт. — Да, конечно, может быть трудно иметь дело с членами нашего сообщества, которые являются бандитами и преступниками, хотя мы считаем, что хорошая полиция и жесткая правовая система работают для сообществ неодаренных. Возможно, вам стоит подумать о том же для Одаренных.

Она не имеет ни малейшего представления о политике, которую мы проводим, или о безжалостности, которую мы применяем, когда имеем дело с Сопротивлением. Сомневаюсь, что ее сообщество с радостью натравило бы доберманов на преступников и наблюдало бы, как они разрывают их на части, как мы поступаем с теневыми существами. Я также очень сильно сомневаюсь, что они с удовольствием наблюдали бы за тем, как девятнадцатилетняя девушка совершает массовое убийство их врагов, поэтому нахожу ее снисходительный тон немного неуместным.

Трудно удержаться от язвительного тона, но, кажется, мне это удается. — Есть ли что-то, о чем вы хотели бы поговорить со мной? Потому что сегодня у меня есть другие дела, которые будут более продуктивными, чем эта маленькая беседа, которую мы были вынуждены вести всей группой.

Она прижимает руку к груди, как будто возмущена, и жеманно улыбается, говоря: — Как мы можем жить в гармонии, если не поддерживаем открытые линии связи, советник Дрейвен? Возможно, именно поэтому все ваше сообщество было перемещено. Возможно, вам стоит передать их безопасность кому-то, кто лучше способен обеспечить ее.

Я медленно киваю ей, словно обдумывая ее слова, ярость заполняет мое нутро, а тени внутри меня бьются, чтобы вырваться наружу и просто сожрать эту суку заживо, и затем отвечаю: — И сколько денег у вашей семьи, сенатор Олдхэм?

Она на мгновение хмурится, глядя на меня. — Не понимаю, какое это имеет отношение к вам… но это общеизвестно, что нам очень повезло с тех пор, как мы приехали в эту страну все эти годы назад.

Я снова медленно киваю, а затем спрашиваю: — И сколько из этого богатства вы лично использовали, чтобы обеспечить жильем, накормить, одеть, защитить и обучить членов вашего сообщества? Сколько из этих денег вы отдали сообществу Одаренных? Людям, которые совершенно обособлены и отличаются от ваших собственных, но у которых могут быть требования, которые не выполняются?

Она еще больше хмурится и взрывается: — Мы живем в обществе, в котором люди сами должны заботиться о себе. Я им ничего не должна.

Я медленно киваю ей. — Да, и мое сообщество находится в состоянии войны с самим собой, а также с членами вашего собственного сообщества, которые выбрали одну из сторон. Поэтому, вместо того чтобы бежать со своими деньгами в более безопасное место, я решил остаться и защитить столько людей, сколько смогу. Я положил свои деньги туда, где находится мой рот. Я не потерплю, чтобы какой-то деревенщина-полукровка говорил мне, что я не способен выполнять свою работу. Когда-нибудь, когда вы выберете дело, которое действительно что-то для вас значит, и вложите в него свои деньги, тогда, возможно, я прислушаюсь. Но не думаю, что этот день наступит в ближайшее время, а вы?