Они могли бы стать хорошим топливом, если бы оно мне понадобилось, чтобы разобраться с Лидией.

Запах лагеря мне знаком, он всегда вызывает ответную реакцию в моем теле, обычно в виде холодного пота на лбу и липких ладоней. Меня немного тошнит от перспективы встретить знакомые лица, но Атлас сжимает мою руку, его глаза сужаются, когда он оглядывает окрестности.

Я рада, что сегодня ему не придется столкнуться здесь с членами своей семьи. Он не заслуживает новых травм. То, что его сестра заперта в камере в Убежище, сейчас работает в нашу пользу во многих отношениях. Я не уверена, как отреагировали бы его узы, увидев ее здесь, но я уверена, что если бы мы столкнулись с ее третьим и последним так называемым «Привязанным», Атлас без колебаний расправился бы с ним.

Я нахожу Лидию в закинутой мною сети, спящей в своей палатке.

Она спит так мирно, как чертов младенец, и страх и ужас заключенных снова всплывают в моем сознании, когда мой Дар улавливает, насколько спокойно сейчас чувствует себя эта женщина. Она в полном здравии, на ней нет ни царапины, и в ее злобном разуме нет места беспокойству.

Теперь я ненавижу ее еще больше, чем раньше.

Это рискованно, но я взываю к своим узам, чтобы посмотреть, смогу ли я вырвать ее душу с такого расстояния. Это совпадает с планом Норта настолько, что стоит попробовать.

Это не срабатывает, но пробуждает ее.

Я встречаюсь взглядом с Нортом, но он не выглядит рассерженным или разочарованным во мне, он просто расправляет плечи и выпускает еще больше своих теневых существ. Они превращаются в десятки различных животных. Змея появляется снова, обвивается вокруг моих ног, а затем исчезает между рядами палаток, теперь, когда элемента неожиданности больше нет.

Наблюдать за тем, как Лидия просыпается и пытается забить тревогу, почти комично. Каждого, с кем она пытается поговорить, Грифон отключает. Мы находимся всего в нескольких сотнях футов от ее палатки, когда она наконец выбегает из нее в кобуре для пистолета, наброшенной поверх шелковой пижамы. Это выглядит совершенно нелепо посреди военного лагеря.

Она пожилая женщина, даже старше Дэвиса, обладающая резкими чертами лица, которые можно было бы ожидать от такого хладнокровного человека. Она выглядит так, словно ее порочный характер вырезал углы ее лица и плеч.

У нее светлые волосы, но вы можете видеть, где они начали седеть. Это не результат силы, как у меня, просто она позволяет им стареть естественным образом, а не красит их. Выбор ли это или следствие жизни в лагере — никто не знает.

На ее лице появляется усмешка, когда она оглядывает всех своих недееспособных охранников. Мы движемся вперед, и рука Грифона с пистолетом поднимается. Думаю, это скорее успокоение для него, чем реальная попытка применить оружие против нее.

Когда мы приближаемся к ней, земля под нашими ногами начинает дрожать.

— Неужели ты действительно думала, что сможешь прийти сюда и убить меня, маленькая Заклинательница душ? — говорит она. Я отказываюсь реагировать на ее слова или холодный тон ее голоса.

За время пребывания в лагерях я встречалась с Лидией всего несколько раз, но этого было достаточно, чтобы понять, что она социопатка, совершенно не способная сопереживать окружающим. Все, о чем заботится эта женщина, — это власть и то, как заполучить ее побольше.

Она убила бы меня в четырнадцать лет и поглотила бы мой Дар целиком, если бы могла, без вопросов и угрызений совести по отношению к ребенку, которого она убивала. Я делаю вдох, критически рассматривая ее, отмечая усталые линии ее тела.

Она выглядит нездоровой.

Она выглядит так, как будто в ее группе Привязанных произошло что-то ужасное, и я молюсь, чтобы Дэвис выглядел так же.

Я смотрю на нее еще секунду, выжидая с рассчитанной паузой, прежде чем снова задействовать свой Дар. Благодаря годам, когда мне приходилось читать этих людей на лету ради собственного выживания, я могу хорошо ее чувствовать. Я могу сказать, что она думает, что я колеблюсь, потому что не знаю, что здесь делать.

Я использую это в своих интересах.

Она поднимает руку, и Норт посылает через нашу мысленную связь: «Не волнуйся об этом, Привязанная. Сосредоточься на том, что делаешь, и позволь нам позаботиться о ней».

Земля вокруг нас снова начинает дрожать, когда она призывает свой Дар, и я немного паникую. Я не могу позволить ей нанести удар первой. Может, я и доверяю своим Привязанным на все сто процентов, но я также знаю, каково это — потерять одного из них, и никогда не собираюсь испытывать это вновь.

Никогда.