─ Вы близки, ─ мужчина не спрашивал, утверждал. Мне ничего не осталось, кроме как согласно кивнуть.

─ Я считаю Эмилио своим пятым братом, ─ усмехнулась. ─ Итало поставил его моим телохранителем на следующий день после того, как мне исполнилось четырнадцать лет. Ему приходится везде со мной ездить, ходить, и не общаясь это делать трудно.

Риккардо как-то многозначительно кивнул:

─ Возможно.

Через полчаса привезли заказ, и мы устроились за тем самым обеденным столом, расположившись друг напротив друга. Риккардо разлил по стаканам апельсиновый сок, и я тут же сделала пару глотков, чтобы убрать сухость во рту от волнения.

─ Ты дочитала книгу? ─ вдруг спросил он, накручивая на вилку пасту.

─ Какую?

Риккардо поднял взгляд, заглянув точно в мои:

─ «Сквозь зимние тени».

Я усмехнулась, отчего получила уже достаточно вопросительный взгляд мужчины.

─ Довольно сложно вернуть интерес к книге, когда знаешь главный спойлер, ─ улыбаясь, сунула вилку с макаронами себе в рот.

─ То есть, узнав концовку представления, ты «покинула зал»? ─ приподнятые уголки его губ делали что-то невероятное внутри моей души.

─ Можно сказать и так.

─ Почему ты решила, что книга может закончиться на моменте, когда Пол разбивает сердце Мелиссе?

─ Мы говорим о произведении Анны Риверс, а ты сам говорил, что она прекрасна в реалистичной «романтике».

Риккардо сделал глоток сока, но взгляд так и продолжал быть направлен на меня. Он чувствовался, чуть ли не на физическом уровне, словно лаская кожу., но в то же время, оставляя легкие ожоги.

─ Верно. Но разве только все то, что заканчивается плохо может быть реалистичным? ─ его темная бровь чуть приподнялась вверх.

─ Хочешь сказать, что они все-таки сошлись, и что Пол все же любит Мелиссу?

─ Я хочу сказать лишь то, что сказал, Доми, ─ улыбнулся он. ─ А тебе советую все-таки дочитать книгу.

Слегка кивнула с ответной улыбкой:

─ Хорошо. Дочитаю.

Риккардо

Переходить границы я не собирался, и не только потому, что таковы были правила ее семьи, но и потому, что мне не позволяло воспитание давить на девушку.

Невинную девушку.

Доминика чиста, как белый лист, ее честь и достоинство никем не были запачканы, и об этом говорили не только СМИ, но и неопытность, скромность и смущение Доми. И смотря на нее сейчас, сидевшую недалеко от меня, напротив мольберта с кисточкой в руках, из головы не выходил наш поцелуй. Мягкость губ, их сладость и робость, сводящие разум с ума.

Я мог, в самом деле, поклясться чем угодно, что хотел бы повторить его. Нет, даже не так. Яхочуповторять его снова и снова, каждую гребаную секунду. И единственной причиной, почему же еще этого не сделал, был взгляд Доминики. Именно он напоминал мне, кто мы, кто наши семьи, и что ни черта не изменится.

Эти глаза, полные искренности и блеска, кричали о ее невинном теле, на которое не имел права претендовать.

Даже взять за руку эту девушку, подобную ангелу в нашем кровожадном и жестоком мире, я не был достоин.

Может быть, все-таки, ей мог подойти кто-то вроде того же Мёрфиса, который никогда не марал руки в крови, нежели чем я, который не смог бы вспомнить или, черт возьми, даже посчитать количество убитых мною людей?

─ Риккардо? ─ воздух пронзил мелодичный, но немного обеспокоенный голос.

Доминика отложила кисточку и посмотрела на меня. В ее взгляде читалось волнение, а брови были сведены к переносице.

─ Что-то не так? ─ спросила она, и у меня сжались руки в кулаки.

Доминика Аллегро. Это было имя девушки, которую я всегда замечал в толпе, но она была слишком маленькой для меня, отчего даже никогда не рассматривал ее в других смыслах, кроме как «сестра Итало».

Но она никогда не была просто обычной девушкой.

Ей одной удавалось лишь только взглядом затрагивать струны моей души, словно играя на арфе. Доминике хватало улыбки, чтобы мое жестокое сердце ускорило темп, разгоняя по телу кровь.

─ Верно, ─ кивнул, поджав губы. ─ Не так.

Поднявшись со стула, в один шаг, в одну секунду оказался рядом с ней и, обхватив щеки руками, накрыл нежные губы своими, но в уже жадном, горячем поцелуе, не в силах больше себя сдерживать. Эмоции от мыслей об ее связи с другим просто вскипятили кровь выше, чем сто градусов.

И сейчас, наслаждаясь вкусом и мягкостью губ Доми, она, сама того не подозревая, отвечая на него, тушила мой внутренний адский пожар ревности, убеждая собственника, что она ─ моя.

Доми поднялась со своего стула, хватаясь за мои руки и не разрывая поцелуй.

Она целовала так, будто ждала его также долго, как и я. Она хваталась за меня так, словно боялась, что испарюсь в одно мгновение.

Запустив пальцы в светлые волосы под шеей, притягивал Доми ближе, не давая возможности прервать поцелуй, хоть и чувствовал, что она и не хотела его прерывать.