Замечаю, что он вытаращился на мое лицо, увидев шрамы, которые тянутся от виска по нижней челюсти к шее и горят под его взглядом.

– Ты меня слышал?!

Он кивает. Затем я поворачиваюсь к девушке, которая, однако, уже сбежала. Черт. Куда она делась?

Я резко отпускаю придурка.

– Позаботьтесь о нем, –  инструктирую Квеста и Лекстона, которые должны допросить этого червяка на предмет полезной информации. С применением силы, если угодно. Потому что я готов поспорить на левую половину своей задницы, что этому парню кое-что известно об исчезновении Вендры. Возможно, ее он тоже пытался принудить к сексу, предварительно напичкав какой-нибудь дрянью.

Сам же я тем временем отправляюсь на поиски Кэссиди, которая могла улизнуть только на улицу через дыру в обрушившейся стене церкви. Поскольку в коридоре прожекторов нет, я включаю фонарик на телефоне и освещаю себе путь на улицу, минуя других обжимающихся подростков.

Вскоре я нахожу девчонку скорчившейся у ствола старого дерева. Она плачет навзрыд, обхватив себя руками, и что-то шепчет себе под нос. Неподалеку от нас слышны смех и крики других гуляк, стремящихся как можно быстрее упиться до потери пульса.

Я медленно приседаю перед девушкой, которая пока меня не заметила.

– Ты не виновата, –  спокойно говорю я ей.

Испуганная, она поднимает голову и смотрит на меня, как на самого дьявола. Я быстро выключаю фонарик мобильного телефона, чтобы не отпугнуть ее своими шрамами.

– Виноват тот парень, и скоро он понесет наказание. Как ты?

Девушка не произносит ни слова. Ее губы дрожат, она всхлипывает и снова заливается слезами.

– Понял, плохо, –  отвечаю я на свой же вопрос. Да и как иначе? –  Как ты сюда попала?

– С подругой… она… она… уже уехала и…

Несмотря на то что это дерьмовая идея и последнее, что ей следует делать, это садиться в машину с незнакомым жутким типом намного старше ее, я предлагаю подвезти ее до дома.

– Пойдем, я отвезу тебя обратно.

На юном лице отражается неподдельный страх. Она отворачивается, качает головой и хмурит брови. Когда в лесу включаются прожекторы, по ее лицу пробегают красные блики, и позади нас раздается улюлюканье других ребят из церкви.

– Может, мне позвонить кому-нибудь, кто за тобой приедет? Друг или родственник, например?

– Нет, –  порывисто отвечает она. –  Нет. Их нет дома.

– Хорошо. Позвонить в полицию?

Явно выбитая из колеи, Кэссиди вытирает лицо и качает головой:

– Нет, сама как-нибудь доберусь.

Чего я точно не допущу, так это чтобы она стала жертвой следующего извращенца, который воспользуется ее беспомощностью.

– Тогда я отвезу тебя. Давай, поехали. Никаких возражений. –  Я встаю перед ней, протягиваю руку, чтобы помочь девчонке подняться, и жду ее реакции.

Судя по всему, она колеблется. Умная девочка.

– Не знаю…

– Обещаю, что доставлю тебя домой в целости и сохранности. Две мои младшие сестры пропали без вести, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы этого не случилось больше ни с одной женщиной.

– Твои сестры исчезли? Почему?

Я киваю, и воспоминания об Иден и Саммер прогрызают глубокую дыру в моем сердце.

– Их похитили, когда кто-то ворвался в наш дом. Поверь, с того дня я поклялся себе выслеживать таких преступников, как тот парень. –  Я показываю большим пальцем на разрушенную церковь у себя за спиной. –  И наказывать их.

– Их похитили? –  У нее расширяются глаза, но все равно создается впечатление, что она понимает лишь половину из сказанного мной.

– Да. –  Это было давно. Пять лет назад. –  Не затягивай с раздумьями. Еще одного шанса я тебе не дам.

В итоге Кэссиди вкладывает свою ладонь в мою, и я помогаю ей подняться. Немного пошатываясь, она идет за мной вниз по крутой тропинке между деревьями, где припаркована машина. Когда через несколько метров девушка поскальзывается и падает, я помогаю ей встать.

– Подождите… –  Судя по ее виду, в голове у Кэссиди туман, и она вообще с трудом переставляет ноги.

Я без предупреждения поднимаю ее на руки и осторожно проношу последнюю часть пути до автомобиля. Когда мы проходим мимо группы подвыпивших парней, раздаются посвистывания.

– Кэссиди, тебе стали нравиться парни постарше или как?

Я окидываю парнишку мрачным взглядом, и тот слегка отшатывается.

– Следи за словами.

На мгновение у него на лице отражается страх, но потом он просто издает жалкий смешок.

Добравшись до «Эскалейда», я ставлю Кэссиди на ноги, открываю дверь и жду, пока она заберется на заднее сиденье. Уверен, садиться рядом со мной она не хочет. По крайней мере, так было с моими сестрами, которые тоже не любили ездить на пассажирском сиденье с посторонними людьми.

Кэссиди нервно возится с ремнем безопасности, пока я не решаю ей помочь, пристегиваю ее и закрываю дверь.

Затем достаю из багажника плед и, усевшись на водительское сиденье, протягиваю ей:

– Возьми.