Монро что-то ворчит на другом конце провода, но я не могу разобрать, что он говорит. Когда он наконец отвечает, я раздражаюсь от его тона.

— Не утруждай себя, Лейси. Я пытался предупредить тебя. Будет обидно, если все это дело развалится из-за того, что тебя трахнут, как барную шлюху. Что будет делать твой отец в тюрьме, если у него не будет тебя в качестве разменной монеты? Преданность Гвардии длится недолго.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он вешает трубку. Мое сердце бешено колотится в груди, и я смотрю на Рокси, готовая умолять ее просто отвезти меня домой и закончить эту ночь пораньше.

— Может, вместо этого посмотрим романтическую комедию или еще что-нибудь...

— Нет, вот... — Она сует мне в руку стакан с зеленой жидкостью. — Выпей это. Подарок от Толи.

Я с подозрением разглядываю цвет и ощущаю запах лакрицы из стакана еще до того, как понюхаю его.

— О боже, что это?

Рокси фыркает.

— Зеленая фея. Она будет хорошо с тобой обращаться, детка. Ни о чем не беспокойся сегодня вечером. Мы с Толи все предусмотрели. — Она наклоняет голову в сторону икающей Мэйв, подтверждая мои подозрения. — Что бы ни случилось в «Руж», это останется в «Руж».

Она подмигивает, и каменный слон, сидящий у меня на груди, становится легче. Я слегка улыбаюсь, прежде чем опрокинуть в себя рюмку. Жидкость обжигает, а сильный лакричный вкус заставляет меня поморщиться еще до того, как я его проглочу. Я вздрагиваю и борюсь с желанием откашляться.

— Фух, это сильно!

Рокси хихикает.

— Но это делает свое дело. А теперь пойдем выбрасывать смехотворные суммы денег на сногсшибательных полуголых мужчин и женщин.

Как по команде, один из телохранителей Рокси открывает дверцу лимузина, и шумный хаос, который царит на Фремонт-стрит, эхом разносится по обоим концам гаража, отражаясь от широких стен и высоких бетонных потолков. Мы находимся в самом Лас-Вегасе, в отеле и казино «Montmartre», одном из предприятий, принадлежащих моей семье, и ярко-красные светодиоды на потолке - наш единственный источник света.

Я сто лет не была в этой части города. Я пробыла в Новом Орлеане так долго, что почти забыла, на что это похоже.

Как только я выхожу из лимузина, мой взгляд натыкается на огромную трехмерную фреску с изображением головы дьявола, занимающую всю стену от пола до потолка. Он держит вращающиеся лопасти разрушенной красной ветряной мельницы так, словно уничтожает идиллическую французскую деревушку, нарисованную у него за спиной. Это произведение искусства отдает дань уважения как преступному миру, так и оригинальному парижскому кабаре «Мулен Руж». Дверь клуба находится внутри большой, широко раскрытой пасти дьявола, а красный ковер стелется по каменному тротуару, как длинный красный язык. У входа гремит музыка, и дрожь возбуждения пробегает по мне.

— Не волнуйся, — шепчет мне Рокси, выходя из лимузина. — Я позабочусь о том, чтобы этой карточке нашли хорошее применение сегодня вечером.

Она берет меня под руку и улыбается, указывая на неоново-красную вывеску над медленно вращающимися лопастями ветряной мельницы.

— Добро пожаловать в «Руж» Лейси.

ГРЯЗНЫЕ ТАНЦЫ

Лейси

— Добро пожаловать в «Руж»! — звучный голос Толи перекликается с музыкой, доносящейся из динамиков, создавая иллюзию, что он повсюду в большом зале.

Вход ведет к сидячим местам в стиле кабаре, где люди группируются за столиками перед сценой. Если это не время Хэллоуина, помещение великолепно оформлено в насыщенных красных и серебряных тонах, драпировками и посудой. Его роскошный дизайн идеально подходит для моей семьи и Гвардии, когда они устраивают благотворительные мероприятия и балы. Но теперь вся комната преобразилась, став похожей на огонь и серу подземного мира, а справа на сцене появилась зияющая пасть ада.

Мы прибыли к середине первого акта. Группа женщин танцует медленную эротическую версию канкана, еще одну дань уважения оригинальному кабаре «Мулен Руж», которое было известно своими неистовыми танцами в 1890-х годах. Их блестящие костюмы падших ангелов украшены яркими перьями в черных крыльях в стиле Victoria's Secret, а юбки цвета полуночи развеваются до талии, когда они поднимают ноги, прикрытые до бедер, в чувственном движении port d’armes.

Это движение требует, чтобы они поворачивались на одной ноге, а другая была направлена к потолку, и их вращение было плавным, даже когда они вытягивались, проводя руками от лодыжек на каблуках вниз к бедрам. Их сила должна быть потрясающей, особенно если учесть, что они способны удерживать шпагат стоя столько времени, сколько потребуется вышибале, чтобы отвести нас к нашему столику.