— Я в порядке, — добавляю я, чтобы нарушить молчание. Он не отвечает, поэтому я продолжаю.

— Правда. Видел бы ты, скольких убрала я. — Я улыбаюсь ему, надеясь, что он что-нибудь скажет...

— Ты дура… — наконец, выплевывает он слова и хватает меня с сиденья, заключая меня в медвежьи объятия.

— Ты, гребаная дура... как ты могла даже подумать сделать это? — Он обхватывает рукой мой торс и сжимает меня. Не то чтобы мне это не нравилось, но он немного давит на мою рану, заставляя меня заметно поморщиться.

— Ах, — неосознанно бормочу я, когда боль пронзает мою руку.

— Черт. Ты в порядке? Где ты ранен? — Он начинает поглаживать меня, ища любые признаки ранения. Его лицо озабочено, и я не могу не улыбнуться.

Ему по-прежнему не все равно.

Я издаю мечтательный вздох, который он тут же интерпретирует как болезненный вздох и начинает стягивать с меня куртку.

Я помогаю ему снять ее, и тогда он видит мой разорванный лиф, замирает и его выражение лица застывает.

— Скажи мне, что ничего не случилось. — умоляет он страдальческим тоном. — Пожалуйста, скажи, что с тобой ничего не случилось. — Он берет мою голову себе под подбородок и прижимает меня к своей груди.

— Ничего не случилось. Клянусь, — шепчу я.

— Точно? — Он обхватывает мою голову руками по обе стороны волос, глядя на меня с влагой в глазах. — Никогда больше так не делай. Никогда... Ты не представляешь, через какой ад ты меня заставила пройти, Би. Пожалуйста... Никогда больше.

В его голосе столько эмоций, что я не могу не пообещать ему это.

— Да, никогда больше, — бормочу я, наслаждаясь теплом его тела. Комфорт безопасности убаюкивает меня, и я не могу не поддаться. — Обещаю...

Глава 41

Адриан

Бьянка сумасшедшая, если думает, что я позволю ей подвергнуть себя опасности ради получения информации. Нет даже гарантии, что именно Хименес купит ее. От одной мысли о ее предложении у меня закипает кровь. Увидев, что ее не переубедить, я решил уйти и проветрить голову. Иначе я мог взорваться.

Забавно, что я всегда гордился своей уравновешенностью, но эта новая Бьянка обладает уникальной способностью заставлять меня терять спокойствие. Не припомню, чтобы за все время нашего брака у нас хоть раз возникали споры, в основном потому, что Бьянка никогда не высказывала своего мнения.

Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что я предлагал, а она соглашалась. Она никогда не оспаривала меня ни в чем. И все потому, что она старалась угодить мне.

Я горько смеюсь над этой мыслью.

Такое ощущение, что у меня были отношения с роботом, а не с человеком.

При этом я должен был признаться себе, что настоящая Бьянка это нечто совсем другое.

Она беззастенчива, груба и без особого изящества. Она умная, способная и немного слишком импульсивная.

И мне это нравится... нравится она.

Не говоря уже о том, что наша химия никогда не была такой сильной. В постели мы идеально подходим друг другу. За ее пределами... Я еще не решил.

На данный момент я брожу уже, кажется, целую вечность. Бросив быстрый взгляд на часы, я понимаю, что потерял более двух часов, просто ходя кругами. Надеясь, что у Бьянки тоже было достаточно времени, чтобы осознать насколько глуп ее план, я возвращаюсь в мотель.

— Бьянка? — спрашиваю я, открывая дверь и входя в комнату. Я хмурюсь, когда нигде не замечаю ее. Весь ее багаж беспорядочно разбросан на кровати.

— Би? — Я открывая дверь ванной, но и там ее нет. Куда она могла пойти?

Я начинаю складывать все ее вещи обратно в чемодан, когда замечаю записку на ночном столике. Я поднимаю ее.

Знаю, что тебе это не понравится, но я возвращаюсь в «Block»

Я ненадолго.

Заранее извини.

XoXo,

Бьянка

Я комкаю бумагу в руке и скрежещу зубами. Заранее извини? Как она может такое писать?

— Зачем... Зачем ты, черт побери, это сделала? — говорю я себе, зажмурив глаза, чтобы успокоить ярость внутри себя.

— Черт! — Мой кулак вылетает и ударяется о стену, оставляя после себя небольшую вмятину, которая разрастается на более мелкие трещины по всему периметру.

Я даже не чувствую боли, исходящей от моих костяшек. Мне требуется некоторое время, чтобы успокоиться, после чего я понимаю, что не так уж долго отсутствовал. Все, что мне нужно, это пойти в клуб и забрать ее.

Я начинаю судорожно искать браслет, но понимаю, что она, должно быть, взяла его с собой, чтобы специально удержать меня подальше от клуба.

— Бьянка... — бормочу я, сползая на пол и массируя руками виски.

Как она могла так поступить со мной? Как? — продолжаю спрашивать я себя. Она знала, как сильно я был простив того, чтобы она шла туда, и все же открыто сделала это.

Ей все равно. Говорит тихий голос внутри моей головы.

Это то, что я заметил в ней. Если она зацикливается на чем-то, ей все равно, как и кому она навредит в процессе. Она просто идет напролом.