Эмма улыбается, наблюдая за тем, как я поправляю свои светлые волосы и разглаживаю несуществующие заломы белого твидового костюма, состоящего из жакета и юбки чуть выше колена. Черт, я буду вечно благодарить Габриэль Шанель за этот удивительный костюм – отныне за счастливый костюм.

Это первый раз, когда я волнуюсь настолько сильно. В конце концов, все уже пошло не по плану. К примеру, рейс дяди Зака был задержан, поэтому он приедет чуть позже, а мама и вовсе не согласилась посетить этот вечер. Но знаете, по какому поводу я волнуюсь больше всего?

Кастилу срочно понадобилось улететь в Лондон, чтобы переговорить с каким-то прокурором, но сообщение на моем телефоне гласило, что он будет с минуты на минуту.

Да, я перечитала его несколько раз, потому что… жутко скучала. Длительные разговоры по FaceTime и близко не сгладили его отсутствие.

И я знаю, что у меня развилась эмоциональная зависимость – сверхсильная, даже калечащая связь с другим человеком. Проще говоря, ситуация, когда я растворяюсь в Кастиле. Он спасает меня от пустоты, страха и одиночества, но я впервые чувствую себя в безопасности.

На самом деле, он всегда внимательно меня слушает, будто все, что я говорю, – важно. И он никогда не осуждает, поддерживает и даже вовлекается во все мои скучные вещи, начиная с художественных романов и заканчивая психологией. Я ценю каждую его попытку быть мягким, хоть в реальной жизни и с другими людьми Кастил ведет себя совсем по-другому.

Эти трещины в его холодном сердце – они дают надежду, что, возможно, у нас получится построить что-то… нормальное. Даже когда я покажу ему свое истинное лицо.

Парадный зал Кингстона вдруг резко оживает, и мое сердце пропускает удар.

Черт меня побери, он в смокинге.

Все смотрят на вошедшего Кастила, как на знаменитость. От него веет непререкаемой властью и неприкасаемостью. Все хотят быть частью его мира, но это удается лишь сильнейшим единицам.

Харизма Кастила притягивает людей, как магнит. Именно поэтому ему преграждают путь студенты, учителя из Кингстона и даже представители Кембриджа, несмотря на то, что он уже давно подал заявку в Оксфорд.

Оксфорд.

Одно дело пара дней разлуки, но совсем другое – жить в разных городах. Я понятия не имею, что мы будем делать после выпуска, и если честно… я старалась об этом не думать.

– Он смотрит на тебя, – говорит Эмма с ужасом. – Почему он смотрит только на тебя?

Я прикусываю губу, разрывая с Кастилом зрительный контакт.

– Боже мой, Рид… Только не говори, что твои резкие исчезновения посреди ночи как-то связаны со Сноу? Я думала, что… – она напрягается, когда Кас начинает к нам приближаться. – Я думала, что ты просто завела парня, но ты… ты продала душу Дьяволу?

Я хотела сказать ей раньше… Правда хотела. Но никак не могла найти подходящий момент. Мои хаотичные мысли обрываются, когда в воздухе раздается очень знакомый и очень дразнящий голос:

– Я соскучился, котенок.

Не обращая внимания на толпу вокруг, Кастил кладет руку мне на талию и тянет на себя, чтобы поцеловать. Его яблочный запах с дымными, табачными нотами врывается в мои легкие, и я судорожно вздыхаю.

Черт, я тоже скучала. Невозможно скучала.

Я отрываюсь от Кастила и замечаю, как в его темных глазах плещется недовольство.

– Ты ведь знаком с Эммой? – бормочу я, стараясь мягко отстраниться. Бесполезно. Его рука лежит на моей талии подобно стальным тискам, а нос зарывается в мои волосы. Боже мой, почему он всегда такой тактильный. – Эмма, Кастил мой… парень.

Клянусь, я никогда не видела Эмму Кларк такой испуганной.

– Какого черта ты здесь делаешь, Сноу? – Эмма хмурится, приготавливаясь к атаке всем телом.

– Я думал, что это открытый вечер выпускников, – равнодушно отвечает он, целуя меня за ухом. Я вздрагиваю и делаю еще одну попытку отодвинуться.

– Ты не видишь, что Кэт неловко? Может быть, ты отцепишься от нее?

Его темный взгляд встречается со злым взглядом Эммы.

– Я не для того подкупал всю полицию Шотландии, чтобы ты и твоя проблемная семья раздавали мне указания. Твой кузен у меня в долгу. Ты должна помнить об этом, Кларк.

– Кастил, – я отталкиваюсь от него, но он берет меня за руку и переплетает наши пальцы. – Прекрати. Сейчас же.

– Я раздавлю твои яйца, если ты хоть пальцем ее тронешь.

– Правда? Но пальцы – это слишком скучно. О, и я трогал ее не только ими.

Мрачная пауза, и возмущенное:

– Что ты только что сказал? – Благо у Эммы хватает терпения говорить тихо и медленно.

– Катерина!

Как… вовремя. Почему сегодняшний вечер медленно превращается в кошмар?

Я поворачиваю голову и вижу маму, идущую рядом с высоким мужчиной, подозрительно похожим на Кастила. Такие же черные, как смоль, волосы, бледная кожа и карие глаза. У него тяжелая энергетика, подавляющая все вокруг. Но она не такая, как у Каса.