Всю дорогу мы с ним пели, подпевая всем дискам его коллекции – включая «All-Amеrican Rejects», вот спасибо-то, – и сбились с дороги всего каких-то три раза. Всякий раз была виновата я, потому что не смотрела на указатели. И всякий раз Кен просто разворачивался на следующем съезде, как будто в этом не было ничего такого и нам не пришлось ехать лишних пятнадцать минут не в ту сторону – опять.

Когда мы припарковались возле прелестного домика Бобби, я почти жалела, что надо вылезать из машины.

Бобби был до мозга костей сельским парнем – начиная от оленьих голов, развешанных по стенам, до флага на пряжке ремня его джинсов «Wrangler». Он радостно встретил нас и, не замолкая, провел по всему своему новому дому. Челси шла за нами в своей майке-поло и снежно-белых шортах, улыбалась и кивала.

А я-то думала, что это мы с Кеном полные противоположности.

– Так. Ну что, вы хотите на пляж или нет? – спросил Бобби, вскрывая банку «Будвайзера». – Лучше пойти сейчас, чтобы не возвращаться затемно. – Бобби указал на меня большим пальцем и хмыкнул. – Эта такая мелкая; местные гаторы запросто могут ее сожрать.

Пляжные развлечения реднеков всегда состоят из пива, липкой ленты и импровизаций.

Бобби плюхнул на песок алюминиевый шезлонг, примотал к нему липкой лентой зонтик для гольфа, вытащил из переносного холодильника очередную банку «Будвайзера» и протянул ее мне.

– Спасибо, – сказала я, протягивая покрытую солнцезащитным кремом руку.

Кен взял банку вместо меня. В темных очках и простых черных плавках он выглядел совершенно сногсшибательно.

Я улыбнулась своему отражению в его очках и намазала лосьоном свои тощие, покрытые веснушками руки. Я надеялась, что Кен смотрит на меня, потому что я нравлюсь ему в новом леопардовом бикини. Но тут он открыл рот и сказал: «Ты забыла кончики пальцев». И я поняла, что он просто следил, как я мажусь, чтобы убедиться, что моя тупая жопа не пропустила ни сантиметра поверхности.

Ж-ж-ж-ж-жух! Бобби оторвал очередной длинный кусок липкой ленты и пошел приматывать очередной большой зонтик ко второму шезлонгу.

В моем воображении мы с Кеном должны были наслаждаться долгими романтическими выходными на пляже, гуляя босиком по песку, взявшись за руки, а хор чаек пел бы нам свои песни.

Вместо этого оба Истона схватили свои доски для серфинга и ломанулись в воду, бросив нас с Бобби пить теплое пиво под жарким солнцем Флориды.

Я покорно присела на шезлонг рядом с Бобби, стараясь не смотреть на примотанный к нему зонтик, и сделала большой глоток пива.

– Так что, Челси тоже такая зануда, а?

– Блин, да, – сплюнул на песок Бобби. – Да если бы не она, я бы провалил все тесты Воздушных сил. Эта девушка каждое утро выдирает меня из койки и заставляет бегать вместе с ней. Бегать! Как парочка чертовых яппи.

– Кен тоже бегает, – хихикнула я. – Я этого не понимаю. Единственное, что заставило бы меня побежать, это один из тех гаторов, о которых ты говорил.

Бобби рассмеялся. Я смотрела, как Кен и Челси, бок о бок, ловят волну и мчатся на ней в сторону берега. Я с трудом поняла, что пялюсь на него, раскрыв рот. Кен встал на ноги и встряхнул потемневшими от воды волосами. Потом улыбнулся своей голливудской улыбкой сестре, когда следующая волна сбила ее на песок. Кен не помог ей встать, а она его и не просила. Она просто поднялась сама, и оба Истона снова направились в океан, таща доски подмышкой.

– А что, Челси тоже такая странная насчет контактов? – спросила я у Бобби, не отрывая глаз от парочки в воде.

– В смысле? Типа микробы и всякое такое?

– Нет, я думаю, это скорее в смысле личного пространства, – повернулась я к своему новому другу. – Кен никогда не касается других. Он позволяет мне обнимать его – «и насиловать его в постели», – но никогда сам не инициирует человеческих контактов без острой необходимости. Это же странно.

– Знаешь, когда ты об этом сказала, я понял, да, Челси тоже такая. Она классная девчонка, но она не про обнимашки. Большинство девчонок, без обид, – Бобби поднял вверх руку без пива, – им это прям надо. Ну, ты понимаешь?

Хмыкнув, я кивнула.

«Еще бы мне не понимать».

– Но Челси – ни фига. Ей ничего такого не нужно. – Сделав долгий глоток, Бобби поглядел на свою подружку, стоявшую по пояс в океане и разговаривавшую с братом.

«Возможно, о том, сколько всего надо мне».

– Да, вот и Кен такой же. Он мне даже не позволяет купить ему подарок.

– Ну, я надеюсь, Челси все же не из таких. А то я собираюсь скоро сделать ей большой подарок.

У меня загорелись глаза.

– Кольцо-о-о-о-о-о? – пропела я.

– Ш-ш-ш, – предупредил он, встревоженно глядя на меня. – Не так громко.

Я просияла и закричала шепотом:

– Это так здорово! – Но потом я подумала про ее сходство с братом, и мое лицо померкло.

– Что? Что-то не так?

Я изобразила улыбку.

– Да нет… Просто… Кен вот не хочет жениться. Он говорит, что не верит во все это. – И я округлила глаза.