В этот момент новый порыв ветра поднялся от озера и ударил вверх по холму, подхватив её волосы и швырнув их ей в лицо. Пока Дарби фыркала и отмахивалась от прядей, всё то ликование, вся надежда, которые я позволил себе почувствовать, мгновенно были поглощены огнём, бушующим внутри меня.

Потому что там, на её пальце, сверкал бриллиант размером с мою ненависть ко всему человечеству.

С четырнадцати лет я хотел только одного — снова заключить Дарби Коллинз в свои объятия. Почувствовать её голову у себя на плече, её улыбающиеся губы у моей шеи. Она была для меня всем. Моим целым миром. Единственным человеком на планете, кто не относился ко мне как к дерьму. Единственной, рядом с кем я мог расслабиться настолько, чтобы говорить. Единственной, кому я доверял настолько, чтобы прикасаться.

День, когда я покинул Гленшир, стал днём, когда я отказался от надежды когда-нибудь увидеть её снова — и от надежды быть увиденным вообще. Я не думал, что может существовать боль сильнее этой.

Я, чёрт возьми, ошибался.

Убирая растрёпанные ветром волосы на одно плечо и придерживая конец левой рукой — той самой, к которой был прикован этот проклятый камень, Дарби наконец подняла глаза.

Но меня уже там не было.

Глава 10

Дарби

Я вскинула голову от шороха листьев, с улыбкой на губах и именем Келлена на языке, но это был всего лишь ветер. Он выл между оголёнными деревьями, разметая хрупкие коричневые листья по тропе…

И вдоль стены домика.

Нашего домика.

Я нашла его.

Он стоял, гордо бросая вызов лесу, который веками пытался отвоевать его обратно. Как верёвка и лестница, он ощущался точкой привязки. Порталом в другое время. В другую жизнь. Он выглядел точно так же, как я его помнила, но будто менее игривым. Более… подавленным.

Как игрушка, ставшая надгробием.

Отбросив на землю кусочек сосновой шишки, который только что вытащила из ступни, я, прихрамывая, подошла ближе к последнему месту, где была по-настоящему счастлива. Но с каждым шагом становилось всё очевиднее: моё счастье не имело никакого отношения к рассыпающемуся каменному кругу, а к мальчику, которого я когда-то встретила внутри.

— Келлен? — позвала я дрожащим, сорванным голосом, но ответом мне было лишь эхо, отскочившее от голых деревьев.

Я знала, что его там не будет, но лишь когда обошла угол и заглянула внутрь, последняя искра надежды окончательно погасла.

Место было таким же заброшенным, как и ноющая пустота в моей груди. Тусклый зимний свет просачивался сквозь прорехи в брезенте. Мебель из веток, которую Келлен сделал сам, лежала сломанная у стены, размякшая от гнили, наполовину погребённая под слоями сгнивших листьев. А в глубине, водруженный на пень, словно на пьедестал, стоял бабушкин чайный сервиз — единственное, что осталось нетронутым. Застоявшаяся вода, переполнявшая крошечные фарфоровые чашки, тихо плескалась и пузырилась от дождя, капающего сквозь отверстие в брезенте над головой.

Это зрелище ударило по моей и без того истощённой душе. Я пошатнулась и отступила назад через дверной проём, словно меня действительно ударили, и от шока из лёгких вышел весь воздух.

Его правда больше не было.

Магия, радость, краски, всё это просто… исчезло.

Я сделала ещё шаг назад и вскрикнула, едва не поскользнувшись. Опустив взгляд, я увидела, что стою на чём-то неожиданно мягком и гладком. «Чёрная куртка», — поняла я, приглядевшись. И когда подняла её, то почувствовала, что она всё ещё была тёплой.

Сердце взмыло вверх, когда я прижала ткань к груди, судорожно оглядывая лес в поисках хоть какого-то признака жизни.

Его.

Очередной порыв ветра швырнул в меня ледяные капли дождя и превратил мою косу в хлыст. Ветер был агрессивным. Намеренным. Я бросила взгляд на озеро, наполовину ожидая увидеть, как оно закручивается в зловещую воронку — портал в ад, но увиденное напугало меня ещё больше: поверхность будто кипела.

«Она очень тобой недовольна», — эхом отозвалось в голове насмешливое предупреждение женщины.

«Никакого духа озера не существует», — сказала я себе. — «Наверное, просто там дождь идет сильнее, чем здесь».

Мне потребовалась минута, чтобы понять, что я не только права, но и что стена дождя движется прямо на меня.

— Чёрт.

Я перекинула найденную куртку через плечо и, прихрамывая, насколько позволяло сил, двинулась вверх по холму, но дождь оказался быстрее. Через считанные секунды на меня обрушились ледяные потоки воды. Я ахнула от шока, но заставила себя продолжать идти, земля под ногами стала скользкой и ненадёжной.