Арсену. Каримов-старший, значит. Мстит чужими руками. Так «по-мужски»…

— Трубу его выкинь, Гар. Достала трезвонить. В коридоре валяется.

Только сейчас до меня сквозь суету доносится рингтон.

Дарина. Ждет меня. Одна. В парке.

Одна. Одна.

— Адвокатишка? Передай, что можно копать яму рядом с дочерью.

— Не. Святоша какая-то звонит, — переговариваются они между собой.

— Че, телка?

— Ага.

Дергаю рукой со всей дури, и наручники звонко лязгают о батарею.

— И до нее доберемся, — поливая меня вонючей жидкостью из канистры, обещает бородатый. — Слышь? Доберееемся. Думай об этом, пока будешь подыхать.

Наклоняется, и я хватаю его левой рукой за куртку. Плюю в рожу, получаю в грудь с ноги.

Клянусь, зубами его загрыз бы. Если бы, сука, только мог.

— Кровищи с него как со свиньи.

— Харэ трепаться! Поджигаем хату и валим.

Так и происходит.

А в последующие минуты передо мной разворачивается персональный ад.

Снова я. Снова она. Огненная, мать вашу, стихия. Один на один. Как это уже случалось…

Ступор.

Тремор в ноющих мышцах.

Крупная дрожь разбивает тело.

Меня бросает то в жар, то в холод, и паника, стиснувшаяся невидимые пальцы на моей глотке, давит удушливой волной.

Квартира полыхает перед глазами.

Прости, дед…

* * *

Я открываю глаза. Лежу вроде как на земле, потому и взгляд устремляется вверх к голубому безоблачному небу.

Жарко. Душно.

Уже наступило лето? Так быстро?

Поднимаюсь на ноги. Легко и хорошо. Так хорошо мне, как наверное, никогда…

Озираюсь по сторонам, пытаясь понять, где нахожусь. Вокруг плотным кольцом меня обступает густой зеленый лес. Он шелестит листвой и дарит странное умиротворение.

Внезапно слышу звонкий и заливистый смех. Затем в паре метров от меня за кустом мелькает знакомый синий сарафан.

— Кролик, это ты? — шепчу рассеянно.

Она снова смеется, а я припускаю следом.

Поверить не могу. Снова играем в прятки? Как раньше?

— Стой! Подожди! — бегу босиком по траве, стопами ощущая каждый камешек и ветку. — Алиса!

— Ян!

Бросаюсь влево. Только что, там у березы, блеснул на солнце темный локон.

— Алиса! — кричу во все горло.

— Догони меня! — дразнится сестра.

Я разгоняю такую скорость, что едва успеваю вилять меж стволов деревьев, то и дело возникающих на пути.

Не знаю, сколько еще вот так гнался бы за ней, но лес вдруг резко заканчивается. Передо мной открывается вид на пруд, и я узнаю родные места. Это вроде как наша дача в Подмосковье.

— Кролик!

— Я здесь! — звенит вдалеке ее тонкий голосок.

Замечаю маленькую фигурку на противоположном берегу. Не теряя ни минуты, спускаюсь по насыпи и забираюсь в лодку. Хватаю весла и начинаю грести. Изо всех сил гребу. Только бы поскорее оказаться ближе к ней.

— Кролик! — тяжело и надсадно дышу.

— Лееева, — отзывается она.

— Стой, только не уходи. Пожалуйста! — наблюдаю за тем, как она, приседая, срывает яркие желтые цветы.

Гребу веслами и смотрю на нее. Смотрю и боюсь даже на мгновение потерять из вида. По ощущениям лодка будто на одном месте. Не двигаюсь совсем.

— Кролик…

Как же хочу ее обнять!

Она вскидывает голову, улыбается и машет мне ладошкой. А потом убегает. Мать вашу, убегает!

— Алис!

Бросаю весла. Прыгаю в воду. Бодро двигаю руками и плыву брасом. Плыву. Плыву, но берег почему-то все дальше и дальше.

Раз за разом выныриваю на поверхность, и все темнее становится вокруг. Холоднее. Даже будто пар над водой идет.

Что за чертовщина?

Судорога. Болезненная. Обширная.

Барахтаюсь. Воздух заканчивается, и меня тянет ко дну…

Как пришел в себя не помню.

С трудом приподняв налитые будто свинцом веки, долго соображал, где нахожусь, а главное почему.

Мысли разбегались от меня в разные стороны. Было тяжело дышать, раскалывалась голова и по ощущениям болело все тело. Хотелось тупо снова отрубиться. Просто, чтобы не чувствовать всю эту малоприятную хренотень.