— Вот и я об этом! Семья должна быть опорой и поддержкой. Разве нет?

— Всё так, но полагаю, у Рида просто закончилось терпение и сдали нервы.

— Ты опять защищаешь его, Роуз?

— Нет.

— Кто виноват в том, что он не справляется с собственным ребёнком?

— Которому двадцать один…

— Неважно, сколько ему лет, для меня он всегда будет ребёнком!

— Я понимаю, Джен, но Хантеру действительно давно пора взрослеть. Его совсем понесло в этом году. Картер до последнего пытался достучаться до него, но напрасно.

— Получается, что один лишил его возможности заниматься любимым делом, а второй оставил без крыши над головой, — обиженно произносит мамина подруга в ответ. — Молодцы!

— Ну, давай так: Хантера многократно предупреждали по поводу его отстранения от соревнований. Он ведь не единожды подвёл клуб и Картера, всегда стоящего за него горой.

— Да я без претензий. Просто… Очень боюсь за своего сына, Роуз, — судя по тому, что шмыгает носом, начинает плакать. — Из колледжа отчислили. Из клуба выгнали.

— Никто его не выгонял. Он сам туда больше не приходит.

— Живёт не пойми у кого. Телефон постоянно выключен. Где находится, чем занимается и что с ним происходит — не знаю.

— Я понимаю твоё беспокойство.

— Вчера с ним виделись братья.

Прислоняюсь спиной к стене.

— Передали от меня пирог, лазанью и мясо по-французски.

— Что говорят?

— Мальчишки вернулись расстроенные. Они, как и отец считают, что Хантер помимо алкоголя опять употребляет какие-то вещества.

Скрипит стул.

Видимо, мама занимает место напротив тёти Дженнифер.

— Что делать? Может стоит повторно обратиться в клинику?

— Именно этот вариант я предложила ему по телефону, после чего он меня заблокировал. Родную мать занести в чёрный список! Это как вообще? — возмущается сердито.

И меня в блок отправил.

Сообщения не доходят.

— Как помочь ему?

— Рид хочет отправить Хантера служить. Говорит, по нему армия плачет. Мол, там ему быстро вправят мозги.

Замерев, перестаю дышать.

К горлу подступает ком. Сердце галопом заходится.

— Может и стоит, — задумчиво произносит мама. — Пару лет проведёт там — вернётся другим человеком. Одну подобную трансформацию мы уже однажды наблюдали.

Серьёзно?

Пару лет?

Мысль о том, что я не увижу Хантера так долго, пугает меня до дрожи.

Нет. Только не это. Я не готова.

— Ты знаешь, Роуз, мне кажется, это я виновата.

— В каком смысле?

— Упустила Старшего. Хантер рос довольно трудным подростком.

— Ещё бы! Гены — такая гремучая смесь.

— Мне стоило уделять ему больше времени, но появился Кайл, а затем Итан. Я погрязла в быту и заботах.

— Не плачь.

— Я виновата.

— Нет.

— Что-то сломало его. Он ведь настолько сильно любил спорт! Почему всё так произошло, не понимаю! И Рид… Забыл, какими несносными они были с Лероем в молодости? Пили, дрались, в том числе друг с другом, творили лютую дичь. Ты помнишь?

— Конечно помню.

— Выставить парня за дверь — не метод. Я категорически против такой меры воспитания.

Слышу звук входящего сообщения.

— Вы не общаетесь, что ли? — предполагает мама несколько секунд спустя.

— Написывает тебе, да? Прямо как в старые-добрые времена! — кучерявая бестия явно злится.

— Спрашивает, у меня ли ты. На работе он тебя не нашёл.

— Активизировался, козлина! Ответь, что я у любовника! Усердно работаем над созданием Сиси! — угрожающе задвигает тётя.

— Джен… — смеётся мама.

— Что?

— Ты же не собираешься с ним разводиться, правда? Он переживает.

— И пусть. Да, я сказала ему так! Потому что бесит! Нужно советоваться с женой перед принятием таких важных решений!

— Думаю, это произошло в моменте.

— Это вообще не должно было произойти! Плевать, что болтают люди. Сохранить семью — с его слов, главная задача, однако почему-то сейчас она разваливается на глазах!

— Всё наладится. Не расстраивайся. Дай обниму.

Какое-то время они молчат.

— Как малыш?

— Оу. Отрабатывает удары. То слева хук, то справа.

— Ещё один драчун на нашу голову?

— Похоже на то.

Женщины принимаются обсуждать беременность, а в коридор неожиданно выбегает сонный, зевающий Бруно.

— Мой хороший, — поднимаю щенка на руки и уже не могу скрывать своё присутствие.

Иду к ним. Типа только пришла домой.

— Милая, ты вернулась?

— Привет, мам. Привет, тётя Джен.

— Здравствуй, дорогая! — она спешит смахнуть слёзы.

— Снова цветы?

Молча ставлю их в вазу.

— Итан?

— Да.

— Какой молодец! Вечером опять куда-то идёте?

— Нет, — отсекаю холодно.