– Я немного некомфортно себя чувствую в этом наряде. – София провела рукой по ткани своего платья.

– Здесь ты станешь своей. Тебе нечего стесняться нашей одежды. К тому же, – она задумчиво улыбнулась, – мы не так часто носим такие вещи. Только по праздникам. Сегодня праздник. А еще, я уверена, тебе понравится. Тебе не хватает положительных эмоций, чего-то хорошего в жизни. Танцуй и веселись. А мой внук составит тебе компанию. – Бабушка Гюли отпустила руку Софии и вышла на улицу.

Почти все гости покинули дом. София начала осматриваться, все еще прижимаясь к стене, и увидела Ромаля. Он помахал ей телефоном, затем быстрыми шагами преодолел расстояние между ними и показал экран. На фотографии в цыганском наряде была девушка, отдаленно похожая на нее. Вроде она, но в то же время как будто другой человек.

– Как ты думаешь, если я покажу эту фотографию твоему твердолобому парню, он откажется от тебя?

У Софии пропал дар речи. Она попыталась выхватить телефон, но Ромаль засмеялся и убрал его в задний карман брюк.

– Ты же не сделаешь этого? С виду ты выглядишь серьезным, а на самом деле ничего серьезного в тебе нет. – Она толкнула его в плечо и прошла мимо, в сторону выхода во двор.

– О, надо же! Как одежда может изменить человека, – удивился Ромаль и пошел следом. – Что там Ясмин тебе еще дала? Тебе идут эти женские тряпки.

– Эти «тряпки» – национальный костюм твоего народа.

– Может, передумаешь быть сербкой и станешь цыганкой? Я выдам тебя замуж.

София остановилась и резко обернулась.

– Найду тебе получше, чем твой…

– Смотрю, ты обладаешь удивительным талантом соединять несоединимое.

– Это все соединяется без моей помощи, – тут же вставил он и обошел девушку, направляясь к выходу. – Я вроде попросил тебя оставаться в комнате. Но видимо, женская половина этого дома решила по-другому. Вам же надо будет поделиться друг с другом своими эмоциями и обсудить будущего мужа Ясмин.

– Можно сказать, это была просьба бабушки. Но ты прав, мне жутко интересно посмотреть на жениха.

Они вместе вышли из дома, оказавшись на свежем воздухе, пропитанном запахом еды, сладостей, костром и духами. Какой интересный микс. София вдохнула глубже, даже закрыла глаза и начала вспоминать, где она уже встречала такие запахи? Наверно, каждый по отдельности попадался ей в повседневной жизни. А здесь еще гремела музыка, люди кричали, танцевали, хлопали. Это был хаос, от которого раньше она бы сбежала без промедления, но сейчас она была взаперти. София открыла глаза и увидела Ромаля. Он пристально смотрел на нее, стоя в двух шагах. Среди всех этих людей он был каким-то особенным. Он был особенным даже в ее мире.

София мотнула головой, отгоняя дурные мысли, и сделала шаг к нему.

– Будущего жениха Ясмин зовут Януш, – произнес Ромаль.

Тут же рядом с ним возник парень. Он был выше Ромаля на голову и худее его раза в два, при том что сам Ромаль был идеально сложен. Немного не повезло Ясмин, но она его быстро откормит, при ее-то кулинарном таланте.

Януш кивнул Софии, и ей пришлось протянуть руку.

– София.

Он был молод. Очень молод. Совсем еще юнец. На его худом лице выделялся широкий нос, а уголки глаз были опущены, казалось, что он грустит.

Януш скромно пожал руку и что-то произнес на цыганском языке, а потом отошел к Ясмин, которая стояла в кругу цыганских женщин. Она была слегка потеряна, но кто-то потянул ее и закружил в танце.

Цыганская музыка была слишком громкой для Софии, слишком веселой и динамичной. Многие женщины танцевали и делали это так пластично, что она даже позавидовала. Но ей все же стоит подумать о побеге или хотя бы изучить местность на будущее.

– Ты уже составила свое мнение об этом парне? – спросил Ромаль, стоявший рядом все это время. – Наверняка потом будете обсуждать с Ясмин. Кстати, выходить замуж в восемнадцать лет для вас слишком рано. Но тебе уже не восемнадцать, а ты все еще не замужем. Твой пустоголовый и здесь не торопится. Может, стоит уже поменять претендента на это место?

София удивленно посмотрела на него.

– Ты мне подберешь? – съязвила она. – Или себя предложишь?

Ромаль усмехнулся и даже отвел взгляд. Она его смутила! Боже правый! Можно было уже вести счет «кто кого». В его ворота она забила гол.

– Ты не в моем вкусе, – наконец произнес он, посмотрев на нее, и улыбнулся.

Он сделал это так загадочно, что смеяться ей уже не хотелось. Таких слов она не ожидала. Два – один, она проигрывала.

– Слава богу. – Это единственное, что пришло в голову.

Два – два.