Однажды она открыла глаза и поняла, что видит. Сначала не сориентировалась, что случилось и как она здесь оказалась. Девушка обвела взглядом помещение и поняла, что даже зацепиться было не за что, потому что кругом были белые стены. Свет резал глаза, она зажмурилась, хотела смахнуть слезу, которая выступила от яркости ламп, и не смогла: ее руки были раскинуты в стороны и связаны. Пошевелить ногами тоже не получилось: они тоже были на «вязках». Наступила паника, и София застонала, выгнувшись.

– Тихо, тихо, – раздался мужской голос и тут же крикнул: – Приглушите свет!

Глазам стало легче. София распахнула ресницы и уставилась в потолок.

– Где я? – хрипло прошептала она, в горле першило. Видимо, до этого она кричала.

– А где бы ты хотела сейчас оказаться, София? Или Катарина? Как тебе больше нравится?

Девушка поняла, что с ней разговаривает Итан. Кажется, она даже вспомнила, что случилось: он поджидал ее на дороге, потом они разговаривали, он сделал ей укол и обездвижил. Но куда он ее привез? Изредка она видела людей в белых халатах. Это больница?

– Дома, – еле выдавила из себя.

– Браво, – засмеялся он, – чувство юмора ты не потеряла. Развяжите ее.

Подбежали двое в белых халатах и масках, развязали ей руки и ноги. София поморщилась от боли: веревки натерли кожу. Голова еще шла кругом, но очень хотелось взглянуть на того, кто сотворил с ней все это. Девушка с трудом села в кровати, оглядывая себя. На ней прямо на голое тело была надета длинная бесформенная сорочка, как в психушке. София взглянула перед собой, не веря глазам: Итан Савич восседал на пьедестале, как на царском троне. Именно таким казалось обычное кресло под ним.

София закрыла глаза, пытаясь окончательно проснуться. Может, это все же сон? Какой-то ужасный, отвратительный сон. Но мерзкий смех того, кто взял ее в плен, резал как по оголенным нервам. Увы, это все наяву. И первые мысли: все ли хорошо с Анхелем, если так плохо ей?

– Что тебе от меня надо? – зло прошептала девушка, опустив голову. Ярко-рыжие волосы скрывали лицо.

– Это тебе что от меня надо, София? – Итан подпер подбородок рукой, внимательно следя за ней. На его губах играла мерзкая усмешка. Он ощущал себя королем, унижая беззащитную девушку. А она сразу не могла найти, что ему ответить. Если он знает ее имя, то, значит, и остальное. Возможно, уже в курсе про Анхеля и… Как бы ни было больно об этом думать, но ее мужа могло уже не быть в живых.

Сколько она лежала в небытии? Что произошло за это время? Если она потеряет Анхеля снова, то точно не переживет…

– Я… – произнесла она слабым голосом, – ты знаешь, что мне надо. Вылечить маму.

– Браво, браво! – раздалось рядом, и она поняла, что уже слышала этот голос, когда была в беспамятстве. Или еще раньше… Где? Когда? София, зажмурив глаза, попыталась вспомнить, боясь посмотреть на второго мужчину.

О нет! Этот голос был не только во сне!

Она нашла в себе силы и все же взглянула. Александр! Он стоял недалеко от Итана и смотрел на нее.

– София Андрич… Или Бахти? Ты же вышла замуж за цыгана, сменила фамилию. А вот имя Катарины позаимствовала у матери, – Александр говорил неспешно, констатируя факт. Он знал много о ее жизни, наверное, и Итана посвятил во все подробности. – Что привело тебя к моему сыну, София?

– Может, это его привело что-то ко мне, – стиснув зубы, заговорила она. В горле еще першило, она хотела пить, но здесь ее скорее заморят голодом, чем предложат стакан воды.

– Хм, – наигранно протянул Лазар. – Корнелия тоже пришла к тебе сама? Мои люди видели тебя в психиатрической больнице. Приходила рыжеволосая девушка, и мне не составило труда догадаться, кто это. Пришлось хорошенько расспросить дочь, применяя некоторые лекарства, чтобы она сказала, зачем ты приходила. И ты думаешь, что можешь обхитрить меня?

Мужчина разразился смехом, но потом резко смолк и продолжил:

– Каков твой план, София? Решила, что умнее своего паршивого цыгана, и вышла на моих детей? Неудачный ход, очень неудачный. Тебе мало того, что я убил Ромаля Бахти, так решила следовать за ним? – процедил он и обратился к Итану: – Заканчивай с ней, она мне изрядно надоела.

Александр ушел, закрыв за собой дверь и оставив ее наедине с Итаном. Ну вот и все. Нет выхода, бежать не получится. Она слаба до такой степени, что руками шевелить не может. Хотелось лечь, но она гордо примет смерть. Однако радовало то, что Александр не вышел на Анхеля и по-прежнему думал, что тот мертв. Если они убьют ее, можно представить, что с ними сделает ее муж.

Итан сошел со своего трона и неспешно направился к ней. Это было странное помещение: очень большое по площади, с высокими потолками и белыми стенами, без окон. Даже не больница – обычно там небольшие палаты. Точно, это лаборатория, где разрабатывают препараты и ставят опыты над людьми.

Итан подошел ближе, и София подняла на него уставший взгляд. В глазах читалось безразличие – она готова принять смерть.