Руки потянулись к ребенку, но остановились. Сын был просто брошен как ненужный хлам в собственной крови. Впервые в глазах стояли слезы, впервые взыграло что-то дикое и безумное. Хотелось зареветь, как дикий зверь, который не мог сохранить жизнь своей семьи и который потерял все, что имел. Его лишили всего! Диана никогда не простит его! Но он и сам никогда этого не сделает.

Отпрянув от манежа, он сел рядом с Дианой и прижал ее к себе.

— Я клянусь, что найду ублюдка и он будет наказан. — А в мыслях уже представлял, как взрывает весь север к чертям! Как умирает в адском пекле Гриф, и они становятся свободны. Вот только печать смерти их сына навсегда будет в душе обоих.

Это была самая уме лая месть Грифа за смерть своего сына. Рождение Лео для него стало большой удачей. Смерть за смерть! Боль за боль! И потеря за потерю! И он убил не только Лео, но своей местью он убил все чувства и эмоции Дианы.

Она сошла с ума, пытаясь застрелиться. Вот что он хотел. Морально извести.

Стефано был уверен, что, подорвав весь «север», Гриф не выжил. Поэтому он взял Диану к себе домой, поэтому утешал ее ночами, когда она с криками просыпалась и звала Лео.

Она не плакала, он не видел ее слез. Говорят, что самая страшная реакция на потерю — это когда человек лишен эмоций. Люди правы, она тихо сходила с ума.

Информация о том, что Гриф жив и бежал из города, заставила Стефано отойти от Дианы. А после того как она направила в себя пистолет, выбора не было: он решил, что дальше должна быть она. И уже точно навсегда.

Никто из них не смирится с потерей, но вдалеке друг от друга им будет спокойнее. И чем дальше, тем спокойнее.

Его информировали о ее здоровье через день, а при выписке из психиатрической лечебницы условием стало пребывание Дианы в Аризоне. Так и случилось, он потерял информацию о ней ровно тогда, когда она вышла из заточения белых стен. Но теперь Стефано был спокоен: она здорова и не причинит себе вреда. Диана растворилась в прошлом…

Жизнь потекла в обычном режиме, только сердце болело чаще, взгляд потух, а слова потеряли всякий смысл. Но надо было брать себя в руки, выкинуть прошлое из головы и двигаться дальше. Дианы никогда не будет в его жизни, эта страница его жизни перевернута.

— Хочу сказать тебе, что я устал, — монотонно произнес Ричард Найт.

Стефано сидел напротив мэра, сцепив пальцы в замок, даже уже не зная, как того подбодрить. С Найтом они всегда были хорошими друзьями, но иногда наступают моменты, когда никто не поможет. Только ты сам.

Смерть Ноэль очень подкосила Ричарда, он стал задумчив, молчалив и рассеян. Лесли Милс, который всегда был правой рукой Найта, готов занять пост мэра, но и тут жизнь преподнесла «подарок».

— Еще пара лет, и я уйду, — сказал Ричард и откинулся на спинку кресла.

— Будешь пасти овец?

Потерять такого мэра для Стефано Висконти — проблема номер один. Найт на многое закрывал глаза. Если к власти придет новый человек, то возникнут вопросы — и с портом, и с властью в криминальной части города.

— Буду отдыхать.

— И кто же преемник?

Нет, Стефано не имел в виду себя, как однажды предложила в шутку Диана, его больше интересовало, кому придется отстегивать баксы, чтобы страховать свою жизнь.

— Вот тут и начинается проблема, — задумался Найт, глядя в одну точку, растягивая слова. Видно было, что он тоже переживает. — Мы планировали, что это место займет Лесли Милс, но он недавно перенес инфаркт, боюсь, что нервничать он больше не захочет. А место мэра отнюдь не самое спокойное…

— Ну мое-то еще беспокойнее, — улыбнулся Стефано, — живу как на пороховой бочке.

Ричард кивнул, соглашаясь:

— Согласен, ты закаленный, именно поэтому у меня возникла идея — предложить должность мэра тебе.

Стефано усмехнулся и встал со своего места:

— Нет-нет, с меня хватит «Morte Nera», мое дело — криминальные круги, а в обязанности мэра входит много чего, в том числе и сельское хозяйство. Знаешь, Ричард, я и курятники, пожалуй, несовместимы.

Он прошел к двери, мысленно посылая к чертям Найта и аграрную промышленность, но Ричард его остановил:

— Ты первый пострадаешь, если к власти придет чужак. А так я почти дарю тебе город, делай с ним что хочешь, но я уверен, что порядка при тебе будет больше, чем при ком-либо. Я буду спокоен.

Стефано обернулся:

— Но я ничего не понимаю в управлении городским хозяйством.

— У нас есть пара-тройка лет на то, чтобы научиться. Но вряд ли у тебя возникнут проблемы. И, кстати, с тобой хотел поговорить Лесли Милс. Думаю, у него для тебя есть выгодное предложение.

Что Лесли Милс может предложить Стефано Висконти? Ответ прост: свою прекрасную дочь вместе с американским гражданством взамен на финансовое благополучие Хелен.