Марко подтолкнул меня к дивану, я села, продолжая молчать, глаза еле держались открытыми. Его рука слегка дотронулась до моего плеча, откидывая прядь моих волос, по позвоночнику пробежали мурашки, я стиснула зубы. Бернардо обратил внимание на прикосновения, которые я не отвергала, прищурившись, он взглянул на жену. Она зажала во рту сигарету и достала из сумочки бархатный мешочек, в котором лежали карты.

Ее длинные пальцы с острыми ногтями, окрашенные в черный, ловко перетасовывали карты в руках, прежде чем ее взгляд снова обратился ко мне и она достала одну из карт.

– Ничего не меняется, – перевернув карту, показывая нам картинку. – Карта силы, девчонке действительно везет.

Они разговаривали на непонятном мне языке с помощью цветных картинок из картона, которые придавали какой-то смысл. Все, что я могла видеть, это девушку, склонившуюся надо львом, который поддавался ее ласкам.

– Какая мне выгода, что ты трахаешься с чужой женой? – взяв фарфоровую чашку, отпивая кофе, спросил Бернардо.

Я поморщилась всего лишь от мысли, что могло бы произойти, сдирая очередной заусенец на пальце. Марко приобнял меня, слегка сжав плечо, я молчала, мысленно молясь всем Богам, чтобы он не рассказал о ребенке.

– Я возьму ее в качестве своей жены.

В груди что-то рухнуло с такой силой, что мне стало тяжело дышать. Пытаясь сделать вдох, издавая хрип, спровоцировавший кашель. Прикрывая рот рукой, продолжая кашлять.

– Лас-Вегас- подходящее место для того, чтобы заключить брак, – Марко протянул мне стакан воды, но я не приняла, опрокидывая на пол.

– Я никогда не выйду за тебя! – поднявшись с дивана, внутри все дрожало от злости. – Лучше умереть, чем согласится на брак с тобой.

– Уверена?

Он нахмурился, не требуя ответа, напоминая мне о том, что хранит секрет.

Бернардо поднялся, и я оказалась зажата между двумя мужчинами, они были примерно одного роста, чтобы встретиться с ним взглядом мне приходилось запрокидывать голову.

– Твой супруг героически пообещал мне отдать свою компанию, но что мы видим? Пару ящиков муки и кленовый сироп, а вместо обещанного договора он отдает часть компании Триаде, – рука легла на мою голову, проводя до затылка. – Этот парень любит играть грязно, подкупая моих союзников и сталкивая нас лбами. Признаться, ему удалось разозлить меня. – Рука продолжила двигаться вдоль моих волос, собранных в низкий хвост. – Дэниел не глупый парень, он, конечно же, заинтересован в расширении территории, но мне было так больно и обидно, что я попросил об услуге.

Ощущая, как волосы в хвосте наматываются на его кулак, отсчитывая секунды, что совпадали с ритмом моего сердцебиения.

– Кажется, я уже говорил Кристиано, ему не удастся перехитрить меня, но он не воспринял мои слова всерьез снова. Поэтому пострадал ни в чем неповинный ребенок, – он состроил гримасу сожаления, отпуская мои волосы. – Дети не должны платить за грехи родителей, но в мафии именно женщины и дети самый лакомый кусок.

– Что ты сделал с моей дочерью?! – я сорвалась с места, закричав, руки Марко успели перехватить меня. – Не смей трогать моего ребенка, Бернардо! Не смей даже думать о ней!

Я кричала и извивалась в руках Марко, пока он выводил меня из зала, сжимая в стальной хватке. Я готова была его убить, готова была разорвать его старое морщинистое лицо на части голыми руками. Голос стал возвращаться ко мне, он прорывался, раздражая связки, царапая изнутри.

– Пусти меня!

Раздался взрыв, на нас посыпались осколки стекла, я машинально прикрыла лицо руками, а тело Марко склонилось надо мной, закрывая от серьезных увечий. Послышались крики с улицы, которые заглушали выстрелы.

В дом забежал мужчина в черной форме, распахивая настежь двери с криками:

– Ндрангета! – после чего его тело насквозь пробила пуля, и он рухнул лицом в пол.

Марко достал пистолет, прижимая меня к стене, Бернардо выбежал из зала, окруженный солдатами направляясь вверх по лестнице.

Увидев открытое окно, я подумала о том, что, возможно, мне удалось бы выбраться без каких-то серьезных повреждений. У Марко было оружие, которое догоняет быстрее, особенно со спины.

– Если хочешь, чтобы он жил, – намекая на ребенка в животе. – Ты заставишь его убраться отсюда.

Марко не дал мне возразить, Анджело прибежал с заднего двора, бросив ему другое оружие, и они, рассредоточившись, выбежали на улицу.

Просить Кристиано уйти, все равно что отбирать у льва его обед после нескольких дней голодовки. Невозможно.

Мечась из стороны в сторону, мое сердце разрывалось от желания быть спасенной, прижимаясь к любимому телу. Что, если жизнь Эйми сейчас находится под угрозой? Бернардо попытается причинить вред еще кому-то из моей семьи.

Тем временем люди продолжали погибать, потому что я не могла принять решение.

Меня начало тошнить от нахлынувшего волнения, запуская руки в волосы, делая глубокий вдох.

– Успокойся и дыши, Витэлия! Вот так… глубокий вдох и выдох, все получится.

Одна из горничных с криками перебегала из одной комнаты в другую, я побежала за ней, останавливая.

– Они убьют нас всех! Они пришли убить нас! – у женщины была истерика от страха.