В нос ударил манящий аромат жареной картошки. Желудок скрутило в голодном спазме. Мы устроились за столиком в самом дальнем углу. Марко бесцеремонно рухнул на стул, вытягивая свои длинные ноги, ограждая меня от официанта, который тут же возник возле нас.

– Привет, давно тебя не было, – положив меню, отходя на шаг назад.

– Этот город полон мерзавцев.

– Ты главный мерзавец этого города, – парень свободно шутил, не боясь, что получит пулю в лоб за длинный язык.

– Заткнись и принеси нам еды, – Марко взглянул на меня.

Мои руки были сложены на груди, а тело повернуто боком, взгляд был направлен в стену, на которой светился неоновый бургер. Тяжелый вздох сорвался с губ, веки сомкнулись, тщетно пытаясь отгородиться от назойливого света. И я не могла понять, что терзает меня сильнее: голод, грызущий изнутри, или ноющая боль заштопанной раны.

– Собираешься играть в молчанку? – Марко ударил по ножке моего стула. – Или ты расстроена, что такого рода заведение тебе не по статусу?

– К чему все это? – единственный вопрос, поселившийся в моей голове.

– К тому, что тебе лучше держаться возле меня.

– Неужели? – на лбу появилась морщина от удивления. – Просто делай то же, что и всегда, будь придурком.

У Марко была катастрофически безумная улыбка, напоминала серийного убийцу, который планировал перерезать половину Лос-Анджелеса, как только солнце сядет за горизонт. И сейчас, глядя на меня, он улыбался, демонстрируя ямочки и вызывая мурашки на спине.

– Жаль, что ты так поверхностна.

Перед нами поставили две тарелки с классическим бургером и картошкой, во рту сразу же образовалась слюна. Очередная пытка.

– Приятного аппетита, – официант еще раз оценивающе взглянул на наш столик и ушел.

Марко откусил первый кусок от своего бургера, пока я продолжала пялиться на картошку перед собой.

– Еда не отравлена, ешь. Здесь самые вкусные бургеры, хотя бы попробуй, – он взял картошку с моей тарелки, отправляя себе в рот. – Видишь, я все еще жив.

Боюсь, отравленная картошка не справилась с его собственным ядом. Во мне нарастал гнев и непринятия того факта, что его внезапная добродетель перекрывала прошедшую безразличность и жестокость.

– Что с тобой? Когда я неделю питалась объедками с твоего стола, тебе было плевать, – мой голос дрожал от злости. – А сейчас ты решил накормить меня бургером.

– Там не было ничего, что не пригодно для пищи, – спокойно отвечая, пережевывая пищу. – Будь это отец, там были бы рыбьи потроха, а не вареные картофельные очистки.

Он был прав, еда действительно была всегда свежей, под слоем отходов на дне иногда были отваренные макароны, а картофельные очистки были слишком крупно обрезаны, но этого все еще было недостаточно для полноценного питания.

Одним резким движением я смахнула со стола тарелку, и та с грохотом разбилась об пол. Люди, которые общались между собой, притихли, обернувшись на шум, приковывая любопытные взгляды к нашему столику.

– Лучше я умру от голода, чем буду есть с тобой за одним столом, – поднявшись с места, крепко сжимая вилку в руке.

– Сядь! – скомандовал он, словно я непослушная собака.

Марко наконец поднял на меня свои холодные глаза, вернувшись к своему привычному состоянию злодея.

– Эй, все в порядке? – мужчина в клетчатой рубашке за соседним столиком обратился ко мне.

– Они будут жить, если ты сядешь, – Марко сказал это тихо, но я ощущала уровень потребности крови в данный момент.

– Все в порядке, – улыбнулась я мужчине, сев на место.

Мое дыхание было ровным и глубоким, таким образом я выравнивала свое сердцебиение, что отдавало бешеным ритмом в груди. Бессилие рвало грудную клетку, каждая попытка возвращала меня обратно, у меня ничего не получалось. Я даже свою честь отстоять не могу, не то что отстоять право семьи.

Сглатывая слюну, продолжая пялиться в стену. На самом деле мне было без разницы, мне не хотелось смотреть на Марко, но я продолжала видеть все его действия боковым зрением.

Спустя какое-то время ему пришло уведомление, и мы направились к выходу. По пути он взял бумажный пакет у парня из рук и вручил ему пачку долларовых купюр.

Анджело стоял, прислонившись к капоту своей машины, на его голове была красная бандана.

– Как прошло свидание? – оттолкнувшись от машины, но я проигнорировала его, проходя мимо. – Дэниел возвращается в Чайнатаун, думаю, он захочет тебя видеть.

– Алан написал мне, – Марко достал пачку сигарет, протягивая брату.

– Есть ощущение, что отец будет в ярости, Казалеси не выходил на связь с момента пожара, а остальные кланы не хотят вмешиваться в войну с Ндрангетой, – Анджело посмотрел на меня.

– Дэниел не заинтересован в маленьком городе, ему нужен целый штат, который он не получит. Слишком много проблем.

– Просто потому, что вы кучка идиотов, пытаетесь заработать, продавая женские тела, – мне было скучно слушать их диалог, и я все еще была злой и разбитой.