Через час она пила тот самый чай, а я рассказывал обо всех подробностях, связанных с Рензо. Наше знакомство в Лас-Вегасе, наши планы и то, как Бернардо отправил его тело в Сиэтл. В ту самую ночь, когда я вернулся с пулей в груди. Сантино отправился вместо меня вместе с боссом Сиэтла, они оказали ему необходимую помощь. Врачи не давали положительные прогнозы, когда он впал на несколько дней в кому, но Рензо слишком был вдохновлен идеей жизни. Ему крупно повезло вернуться с того света.

В один из дней он позвонил мне, сказав, что выиграл один билет к жизни в казино. Больной ублюдок.

Дальше требовались операции и долгое восстановление, люди Бернардо раздробили ему таз с правой стороны.

«Будет лучше, если я останусь мертвецом».

Подделка документов, неприметный дом и его надежный врач, с которым они работали в Лос-Анджелесе.

– Сантино отправил ему координаты, – догадалась Витэлия. – Я слышала их разговор с Анджело о том, что он принял решение отпустить меня. Еще до встречи с Рензо.

– Он глупый ублюдок. Марко должен был сообщить мне, чтобы я забрал тебя. Вместо этого он отправил тебя с деньгами совершенно одну.

– Бизнес-класс все еще звучит комфортно, – она улыбнулась. – Что на счет Сидерно?

– Мы работаем над этим. Мне нужно семь дней, чтобы собрать всех в Каса Лома.

Неоготический замок в Торонто, который соберет под своей крышей огромное количество влиятельных людей. Мы направили слишком много птичек с приглашениями. Будет очень много сюрпризов.

– Думаешь, сантиста примут приглашение? – постучав пальцами по поверхности стола, делая глоток. – Уверена, у Босси есть последователи. Германия, Бельгия и Нидерланды работают сообща. Могут ли они принимать часть решений тайного совета?

– Это было очевидно с самого начала. В любом случае, понравится им или нет, семьи, которые поддерживают нас, превосходят по численности. Если они хотят войны – она будет.

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – печаль в ее голосе, смешанная с усталостью.

– Моя война растянулась на три поколения. Я должен вернуть независимость Сидерно.

Раздался детский плач, мы одновременно напряглись. Эйми вышла из комнаты в обнимку с плюшевой игрушкой.

– Милая? Мы здесь, – Витэлия встала с места.

– Папа. Папа? – она даже не пыталась открыть глаза.

– Mon amour, иди ко мне. Я здесь, – позвал я Эйми, и она побежала, игнорируя Витэлию.

Взяв ребенка на руки, вытирая ее горькие детские слезы.

– Папа ушел! – она вцепилась в мою шею, пачкая футболку соплями.

– Я рядом. Мы пили с мамой чай, – поглаживая по спине, покачивая, чтобы она успокоилась. – Хочешь чай?

Витэлия просто стояла рядом и смотрела на нас с улыбкой. Эйми оторвала голову от моей груди и взглянула на стол сонными глазами.

– Милая, хочешь чай с лимоном? Мама сделает тебе чай.

– Конфета?

Я не смог сдержать своего искреннего смеха. Детская невинная простота и прищуренный взгляд Витэлии в мою сторону. Я был самым счастливым в этот момент.

Лиа бежала с криками и распростертыми объятиями в нашу сторону, где мы устроили воображаемый пикник. Эйми, заметив ее, побежала навстречу, завизжав, подскакивая на ходу.

Феррари Антонио ядовито-зеленого цвета выделялась даже на фоне зеленого сада заднего двора.

– Я думала, он давно продал ее, – поднимаясь с покрывала, расправляя подол сарафана.

– Он купит еще десять, чтобы выпендриваться.

Кристиано сидел, прислонившись к стволу дерева, не собираясь двигаться.

Лиа подхватила Эйми, подбрасывая, после чего награждая громкими поцелуями лицо ребенка.

– Дядя грустит, поэтому его нужно защекотать. Справишься с этим?

Эйми без ответа побежала к Антонио, который продолжал кружить вокруг машины, проверяя, не цепляет ли дно гравия.

– О, детка! Рада видеть тебя живой! – Она стиснула меня в своих крепких объятиях. – Мы молились всем Богам на планете.

– Я скучала, – шепчу.

– О, я тоже скучала по тебе. А еще, – Лиа щиплет меня за предплечье. – Как ты могла исчезнуть, когда назначила мне свидание с бутылкой дорогого вина!

Мы смеемся, она переводит взгляд на Кристиано, он наблюдает за братом и Эйми, которые активно что-то обсуждают.

– А ты! Ты лишил меня веселого времяпрепровождения, негодяй!

Муж пожимает плечами. Немногословно.

– Мы все еще можем веселиться, – обрадовала я подругу.

– Ты уже на два шага впереди, мамочка. Видишь вон того парня, – она указала на Антонио, который фотографировал Эйми в кепке и очках с логотипом машины. – Он считает, что мои яичники будут репродуктивны и в пятьдесят.

Я продолжаю наблюдать, как они меняются атрибутами, Тони начинает позировать для нее. Эйми смеется. Это выглядит милым.

– У этих двоих различается только рост, но умственное развитие на одном уровне, – добавил Кристиано.

– Пап, смотри! – Эйми пробегаем мимо нас, прыгая на Кристиано, что-то показывая ему в телефоне.

– Витэлия, – Антонио присоединяется к нам, сжимая мое плечо. – Как прошел твой отпуск в Лос-Анджелесе? Лиа рассказала, что ты успела завести курортный роман.

Кристиано смиряет его строгим взглядом.

– Мне не хватало твоих шуток, Антонио, – улыбаюсь.