– Он не блефовал, когда говорил, что нападет при первой возможности. Не забывай, мы в городе грехов, – он помолчал, выглядело так, будто открывает ящики с информацией, подбирая правильную. – Дело в Алдо, который отнял возможность союза с Ндрангетой, опустив на самое дно мафиозного существования.

– Это их история, и она в прошлом, – прикусив нижнюю губу, вспоминая рассказ Мартины. – К тому же твоя мать…

– Мартина мне не мать! – оборвав меня на полуслове, Марко вспылил. – Меня родила одна из шлюх, я был воспитан в доме удовольствий. Бернардо приказал ей избавиться от меня, но Ренцо проявил жалость и спас.

С каждым словом мой взгляд тускнел, выражая сожаление, но Марко схватил меня за подбородок, погладив большим пальцем по щеке.

– Никаких сожалений, vendetta, мне нравится жизнь бастарда.

– Почему я должна жалеть тебя? – убрав его руку, я поморщилась. – Ты все еще являешься моим похитителем. А я заложником и голодной.

Марко оскалился своей обаятельной ухмылкой, продемонстрировав ямочки на щеках. Это было похоже на оскал дикого зверя перед нападением.

– Неплохо для диалога, но нам нужно вернуться. Есть некоторые вещи, которые я не могу контролировать, пока не могу, – открывая дверь, мы вышли в общий зал, очередь из недовольных женщин одарила нас недружелюбным взглядом.

Черт, они, вероятнее всего, думали, что мы занимались сексом.

Вернувшись в вип-комнату, часть людей была занята игрой, другая восседала на кожаных диванах за переговорами, наслаждаясь сигарами. Их жены, как по команде, натягивали улыбки, когда мужчины смеялись, и принимали вид хищниц, когда разговор уводили в оскорбительный тон. Мартина единственная раскуривала сигареты в гордом одиночестве, наслаждаясь шампанским, что периодически обновлялся.

Были все, но моего Кристиано уже не было, Алдо я тоже не нашла.

Голова Бернардо повернулась на нас, жестом он подозвал к себе, протягивая в мои руки пластиковую карточку с номером 224.

– У тебя будет ровно пять минут, – когда я взяла ключ, он не отпустил. – Пять минут и ни минутой дольше. А ты останешься тут, – он указал на свободное место Марко.

Двое мужчин возникли по обе стороны от меня, чтобы сопровождать. У одного из них я заметила огнестрельное оружие за поясом.

– Только не забудь, Витэлия, что эти пять минут стоят очень дорого.

Весь оставшийся путь до номера перед глазами стояла кривая ухмылка Бернардо, а слова о «дорогом» назойливо пульсировали в висках, разжигая тревогу. Меня снова душила ледяная хватка паники. «Что, если…» Я судорожно обхватила себя руками, отчаянно пытаясь вытряхнуть из головы образ этого тирана, но тщетно. Он словно въелся в сознание, отравляя каждый вдох.

– У вас будет ровно пять минут, после чего один должен покинуть номер, до того как мы сообщим боссу. Все остальное будет восприниматься как неподчинение приказу, – проинформировал мужчина.

Перед моими глазами были цифры. Два. Два. Четыре.

Вместе. Завтра. Навсегда. Together. Tomorrow. Forever.

Приложив карточку, дверь щелкнула, я сделала шаг внутрь, набрав полную грудь воздуха, сохраняя биение сердца. Мгновение, мое тело оказалось в теплых, сильных мужских объятиях.

– Я скучал, mon ame.

Кристиано прижимал меня к своей груди, и я жадно вдыхала этот до боли родной запах. Его сильные руки крепко сжимали мои плечи, подбородок покоился на макушке, а я стояла неподвижно, словно солдат, застывший по стойке «смирно».

Как же я хотела коснуться его груди, зарыться пальцами в волосы, ощутить колкость отросшей щетины, прильнуть к губам, которые так отчаянно требовали моих.

Стискивая зубы, я разорвала объятия, тихо сказав:

– Не стоит.

– Даже не хочешь посмотреть на меня?

Каждое мгновение сквозило в его тоне раздражением и неприятием моего поведения, но он, как всегда, держал себя в руках. Я выдохнула, сделала несколько шагов к окну в номере и обернулась, встретившись взглядом с бурей в его глазах цвета горького шоколада.

– У нас есть пять минут, после чего все закончится.

Желудок скрутило в тугой узел, но я оставалась беспристрастной.

– Мне понадобится гораздо больше слов, нежели те жалкие попытки, что ты считаешь способными отвратить меня от тебя. Этого не случится. Забудь об этом.

– Как насчет того, что это уже происходит?

– Происходит диалог, Витэлия, – он приблизился ко мне, склонившись, едва касаясь губами моей шеи, вызывая табун мурашек вдоль позвоночника. – А сейчас мы попробуем снова. Я задаю вопрос, а ты отвечаешь. И не лги мне, mon ame, я вижу, как ты сопротивляешься правде.

Гребанный искуситель, Ринальди.

– С каких пор ты стал диктатором?

Отлично, играем в игру злости и отвращения, Витэлия.

– Почему ты играешь на их стороне? – Кристиано выпрямился, возвышаясь надо мной, такой умеренно строгий. – Почему не пришла ко мне, когда я был готов тебя забрать?