‒ Черт, ‒ Кайя зажмуривает глаза, и капелька пота скатывается по ее виску. Ее губы складываются в букву «О», и она медленно делает ровный вдох. ‒ Хорошо, как я уже говорила, каждый начинает раскрывать свою теневую сущность. Это означает те части, которые они скрывают от мира, намеренно или путем отрицания. Мы нехорошие люди, Лондон. По сути, все мы животные, просто мистические существа, живущие по одному-единственному кодексу. Один код, который позволяет нам сосуществовать друг с другом, и этот код не существует во время Йемона.

‒ Что это за код?

Земля вибрирует под ногами, и птицы взлетают с деревьев в округе. Небо окрашивается в убийственно красный цвет, и голос Кайи звучит мягко.

‒ Что мы не враги.

‒ Кайя… ‒ предупреждаю я, медленно отступая назад.

‒ Я не причиню тебе вреда, Лондон, ‒ Кайя быстро шаркает вперед, исчезая в дверном проеме, который ведет в ее комнату. Я следую за ней, отчаянно нуждаясь в том, что еще она может мне дать, но понимая срочность.

Она зарыта в своем шкафу, одежда вылетает из стеклянной упаковки. Ни одна стена в этом доме не сделана из стекла, за исключением книжной полки, которая, вероятно, сейчас исчезла.

На меньшем участке комнаты расстилается толстый лоскут белого хлопка с маленькими листьями в качестве подушек. Большое дерево растет прямо из центра комнаты, простираясь к небу из потолка, а за ним находится миниатюрный пруд с водой того же цвета, что и порталы. Стеклянный зеркальный цвет, к которому так и чешутся прикоснуться мои пальцы. Похоже, на ощупь он будет, как шелк. Я хочу к нему прикоснуться.

Что-то толкает меня в грудь, и я снова смотрю на свою земную подругу-Фею.

‒ Не трогай это, ‒ она бросается мне за спину, и я медленно поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. ‒ Как я уже говорила, тебе не нужно меня бояться. Я не причиню тебе вреда. Мое теневое «я» не хочет причинять тебе боль, но здесь есть много людей, которые делают это просто потому, что их король счел тебя недостойной. Если они узнают, кем был твой отец, будет еще хуже, так что тебе нужно добраться до этой нелепой крепости так быстро, как мы сможем доставить тебя туда. Королевское поместье окружено защитным щитом, а крепость Фейлиф расположена на самом дальнем его краю, поэтому Йемон никогда не вмешивается в ухаживания, пока они происходят. Все, что там есть, должно остаться прежним. Это способ природы напомнить нам, почему важно, чтобы во главе были король и королева, ‒ она открывает и закрывает ящики, когда, клянусь, я слышу ее бормотание. ‒ Пока никто это не нарушит.

‒ Ты расскажешь мне свой теневой секрет?

Она усмехается, наконец-то застегивая последние вещи в маленькую спортивную сумку, которую я держу.

‒ Нет. Ну… ‒ она слегка отвлекается. ‒ Может быть, однажды. Но ты возненавидишь меня.

‒ Я сомневаюсь в этом, ‒ мне хочется закатить глаза, но я этого не делаю. ‒ Но почему я не чувствую себя странно?

Ее глаза превращаются в щелочки.

‒ Не знаю. Хороший вопрос. Спроси кого-нибудь другого, потому что тебе нужно идти.

‒ Я пройду через портал? ‒ спрашиваю я, внутренне готовясь к стремительному путешествию.

‒ Только член королевской семьи может пройти порталом на королевскую территорию, ‒ ее губы широко растягиваются, когда она шевелит бровями. Она прижимает пальцы ко рту, прежде чем громко свистнуть. Я слышу шум ветра вдалеке, поэтому автоматически смотрю перед собой, морщась, когда огненно-красное небо обжигает сетчатку от одного только взгляда. Как раз в тот момент, когда я собираюсь сдаться, темная фигура скользит по воздуху. Два крыла, которые раскидываются так широко, что я не вижу их концов, и большая шея, соединенная с телом.

Я судорожно сглатываю, не обращая внимания на то, как у меня пересыхает во рту при виде…

‒ Дракон?

Она поднимает брови, глядя на меня.

‒ Да. Но ты не можешь оставить его.

Я слегка спотыкаюсь о землю, когда громкий стук чуть не разбивает стекло при его приземлении.

‒ Твой?

‒ Ну… долгая история, ‒ Кайя берет меня за руку и тащит через дом, пока мы не оказываемся у парадного входа с прозрачной дверью. Она машет рукой перед собой, и та широко распахивается, обнажая чешую настоящего гребаного дракона, затененную глубоким трилистником.

Не маленький. Огромный.

‒ Думаю, ты можешь рассказать мне свою историю о тенях.

Я протягиваю руку, чтобы коснуться его грубой чешуи, но снова задумываюсь, когда его большие красные глаза находят меня. Черт, эта штука пугающая, и я знаю, что они бывают побольше этого ‒ обычно и в другом оттенке черного.

Я даже не успеваю спросить ее, кто этот человек, стоящий за обращением, когда она забрасывает меня ему на спину, где большое тело обвязано седельной сбруей, и чешуя впивается мне в кожу.

Кайя прижимает ладони ко рту и кричит мне.

‒ Держись! Он быстро летит!