После нескольких часов экстремального вождения, я сбавил скорость, убавляя громкость и направился в сторону своего дома, чтобы привести себя в порядок перед тем, как навестить Андреа. Я обещал ей, что приеду. И сдержу обещание, даже если она не ждет, а она не ждет. Конечно, нет. Но я смогу договорится, пусть не с ней, но с ее телом. Подобрать нужные ключи и нажать необходимые кнопочки. Она чертовски права, и я действительно «знаю толк во всех этих делах». Ее неопытность играет мне на руку. Андреа абсолютно беззащитна передо мной. И да, я тот самый серый волк, который жаждет съесть красную шапочку, после того, как полакомился другим блюдом. Но мне нужно смыть с себя запах смерти и крови. Не хочу, чтобы ее коснулась другая сторона моей натуры. Я не собираюсь переубеждать ее в том, что наговорила Эмилия в Болгарии, потому что устал играть роль того, кем не являлся никогда. Я не романтичный герой ее романа, я тот, кто я есть, и не раз намекал Андреа на то, что ей стоит держаться подальше от меня, да что там, я прямым текстом ее посылал, хотя… я знаю, что рано или поздно, я бы вернулся за ней. Нашел бы повод и вернулся, чтобы взять то, что желанно до скрежета зубов.

Приняв душ, я одеваю голубые джинсы и светлую футболку, прыгаю в глянцевый черный «Ламборджини», который ждал своего часа в подземном гараже. Новенький. Не обкатанный ни разу. Красивые дорогие машины моя слабость, которую я позаимствовал у Лайтвуда. Ценитель прекрасного, мать его. Выбрасываю его из воспоминаний, брезгливо морщась.

Андреа не отвечает на мои звонки, что предсказуемо. Мы поменялись местами. Теперь она динамщица, а я охотник. Пять минут стою у входа в квартиру, давая ей шанс принять верное решение и открыть дверь, но Андреа упрямится, хотя я уверен, что она дома.

У меня есть ключи. Они и вчера были. Но я не хотел ее пугать еще сильнее. А сегодня придется, раз нет другого выхода. Прислоняю ключ к замку и после механического щелчка толкаю дверь, но она не поддается.

– Убирайся, Орсини. Я поменяю все замки завтра же! – кричит Андреа, удерживая дверь в квартиру своим весом.

– Я просто хочу поговорить. Мне необходимо убедиться, что с тобой все в порядке, – мягко произношу я, пытаясь убедить ее в своей искренности.

– Пошел на хер. Буду дурой, если снова тебе поверю, – ругается она, вызывая у меня улыбку. Бл*дь, как же мне нравится эта маленькая чертовка.

– Просто открой. Дреа, это смешно. – Толкаю дверь сильнее, боясь ударить ее, и даже вижу раскрасневшееся гневное лицо девушки в приоткрытое отверстие.

– Так посмейся, мудак. Я звоню в полицию, – она демонстративно показывает мне телефон, по-прежнему налегая всем телом на дверь.

– Отлично, – киваю я, не моргнув глазом. – Хочешь оказаться со мной в одиночке?

– Что за херня?

– Утром я оставил у тебя наркотики. И если ты вызовешь полицию, я скажу, где их искать. Хочешь?

– Ты врешь! – на пылающем лице Дреа мелькнуло сомнение.

– Может быть, – киваю я. – Вызови полицию, и мы проверим.

– Ты – говнюк, Орсини.

– Я это понял, и пришел не ругаться с тобой и не устраивать разборок. Я выгляжу опасным?

– Ты, бл*дь, смеешься? – она с силой ударила по двери, и, черт побери, та стукнула мне, слишком рано расслабившемуся, по лбу. – Из-за тебя мой парень в больнице, ты угрожал ему оружием, тебя охраняют огромные громилы, ты расхаживаешь с пушкой в кармане, а потом спрашиваешь, боюсь ли я тебя?

– Ты, вроде, говорила, что парень бывший, – мрачно напоминаю я. – И все, что сопляк получил, он честно заслужил, и ты тоже. Какого хера, Дреа? Весь дом должен слышать, что мне, бл*дь, ох*еть как не понравилось, что стоило слегка не оправдать твоих ожиданий, как ты готова прыгнуть на другого, проверенного и хорошего уродца.

– Слегка не оправдать ожиданий? Ты это так называешь? – брови Дреа взлетели, и я, наконец, смог войти в квартиру, сломив ее бурное сопротивление. Захлопываю за собой дверь, окидывая ее доскональным детальным взглядом с головы до ног. Черт, снова этот крошечный халатик, который держится на добром слове и снимается одним движением руки. Я же говорил, что приду, она знала, и все равно оделась так, чтобы мне с порога захотелось оттрахать ее. Я смотрю на розовые полные губки, которые подрагивают в негодовании и уже знаю, с чего мы начнем.

– Да, я так это называю, – немного охрипшим голосом произношу я, Дреа скрещивает руки на груди, прижимаясь спиной к гардеробному шкафу.

– Ты не пройдешь внутрь. Поговорим здесь, – холодно отрезает она. – Я говорила, что не хочу тебя видеть. Что из моих слов показалось тебе непонятным?

– Ты много чего говорила мне, Дреа. В отличии от меня, ты та еще болтушка. Но сейчас ты просто немного зла на меня за вчерашний инцидент, и я тебя понимаю, но все можно уладить мирным путем. Расскажи, как прошел твой день?

Я смотрю в ее глаза, наблюдая, как темные зрачки в неверии расширяются.

– Как прошел мой день? – потрясенно переспрашивает она.

– Да. Это все, что меня сейчас интересует.