– Помогите молодому человеку добраться до дома, – не отрывая от меня взгляда, приказывает Орсини своим телохранителям. – А ты, малышка, пойдешь со мной. – В два шага он оказывается возле меня и хватает за локоть.

– Куда? – отрешенным тоном, спрашиваю я, позволяя ему тащить меня за собой к лифтам.

– К тебе. Куда же еще? – отвечает он.

Как только двери лифта закрываются, Орсини нажимает кнопку с номером моего этажа.

– Что ты творишь? – спрашиваю я, и замолкаю, когда он влепляет мне пощечину. Не в полную силу, но щека вспыхивает болью, наполняя меня яростью. Я даю ему сдачи, и он смеется, толкая меня в стену лифта. Я ударяюсь затылком, но от клокочущего в груди гнева и адреналина, пульсирующего в венах, почти ничего не чувствую

– Психованная идиотка, – произносит Орсини, сжимая мои скулы пальцами и целуя в губы. Я шиплю и отбиваюсь, как могу, но он только усиливает хватку, оставляя синяки на моих щеках, впечатывая в стену своим телом, не оставляя возможности к сопротивлению. Я чувствую его возбуждение через ткань брюк, и, к собственном ужасу, тоже завожусь. Неуместно, спонтанно. Унизительно. Понимаю, что это нервное, что зашкаливший в венах адреналин ищет выход любыми способами. Отпуская мое лицо, Дино хаотично скользит руками по моему телу, продолжая яростно целовать меня, его язык толкается в безумном ритме, который зарождает внизу моего живота постыдное желание. Он хватает меня за задницу, приподнимая над полом и прижимая к своей эрекции. Боже, мне кажется, или я застонала в его рот? Какой позор. Он только что держал под дулом пистолета моего бывшего парня, назвал меня шлюхой, ударил меня, спит со всеми подряд, вне зависимости от пола и возраста, и даже не стыдится этого, он самое ужасное, что могло со мной случиться, а я… а я жалкая дура, которая намокла, стоило ему меня поцеловать.

– Я ненавижу тебя, – выдыхаю я, когда он отрывается от моих губ, тяжело дыша и смотрит мне в глаза с неприкрытой похотью и жаждой.

– Было бы странно сейчас услышать от тебя что-то другое, – криво усмехнувшись, отвечает Орсини. Выражение его лица снова невозмутимо, и только тяжелое дыхание выдает возбуждение. – Какого черта ты опять спуталась с этим сосунком? Так не терпится раздвинуть ноги?

– Ты достал меня! – яростно шиплю я, толкая Орсини со всех сил, закипая от гнева до состояния истерии. – Ты омерзительное, похабное животное, которое всех меряет по себе.

Двери лифта открываются, и я выбегаю в коридор. Орсини быстро догоняет меня, хватает за руку, дергая на себя. Я врезаюсь в его тело, снова задыхаясь от близости, попадая под магнетизм этого мужчины.

– Просто ответь, Андреа. Ты уже спала с ним или только собиралась?

– Ты просто идиот! – мое лицо пылает. Не знаю, как могу презирать и ненавидеть его всем сердцем и все равно испытывать отчаянную потребность в нем. – Джек просто подвез меня. Просто подвез! У меня и в мыслях не было. Я… черт, зачем я оправдываюсь? И перед кем? – с губ срывается плач, и я чувствую себя еще более глупо.

– Открой дверь, – бесстрастно приказывает он. Я поднимаю на него недоумевающий взгляд.

– Что?

– Мы пришли. Открой дверь.

– Я не приглашала тебя.

– Я не спрашиваю, Дреа, – ледяным тоном, говорит Орсини.

Мои пальцы дрожат, пока я достаю ключ из сумки и прислоняю его к замку. Орсини бесцеремонно толкает меня внутрь, и, схватив за руку, тащит в спальню.

– Я не буду с тобой спать! – отчаянно кричу я, наблюдая, как он снимает пиджак и расстегивает рубашку.

– А спать никто и не собирается, – небрежно пожимает плечами Орсини. – Снимай одежду, Дреа, иначе ее придется потом выкинуть.

– Нет! Это насилие. Я не хочу. Ты мне противен, Дино, – шиплю я. Он молча снимает пиджак и рубашку, расстегивает брюки, опуская их вниз, и я, по-детски, прячу лицо в ладонях, слыша его насмешливый голос.

– Снова решила сыграть в недотрогу. Поздно, крошка.

Он толкает меня на кровать, наваливаясь сверху. Одной рукой резко тянет вниз мою юбку, а когда та не поддается, просто разрывает по шву. То же самое происходит с трусиками, жакетом и блузкой.

– Я предупреждал, – поясняет он свои действия. Я лежу распластанная под ним. Абсолютно голая, зажмурив глаза и почти смирившись с тем, что последует дальше. Но неожиданно нежное прикосновение его пальцев к моей щеке словно ножом проходится по моему сердцу. Вслед за пальцами скользят его губы – мягкие, горячие и такие-же осторожные, как и пальцы. С ума можно сойти от такого перехода.

– Прости меня, Дреа, – шепчет он хрипло, возле моего уха. Удерживая свой вес на локтях, Дино обхватывает ладонями мое лицо. – Открой глаза, моя маленькая. Не отворачивайся от меня.

Я всхлипываю, и он мягко касается губами моих закрытых глаз.

– Ты обещал, что никогда не поднимешь на меня руку, – со слезами в голосе, говорю я.

– Прости меня. Не плачь. Я слетел с катушек. Ты тоже виновата.