Я без труда нахожу вторую гостиную, отмечая, что она куда уютнее и теплее, чем та, из которой я пришла, и камин тут действительно настоящий с массивной каменной столешницей и лепниной. Да и, вообще, интерьер сильно отличается. Много книг, рамок с фотографиями и других мелочей, создающих уют. Здесь хозяева дома все обустроили для себя, и, похоже, свободное время проводят именно в этой гостиной. Странно, что я никогда не бывала здесь раньше. Эти люди четко отмеряют свою территорию даже в стенах собственного дома. Вот как тут не задумаешься о том, что все миллиардеры немного сумасшедшие?

Закончив осмотр, я прохожу в стеклянным дверям, о которых говорил Эрик, и толкаю их вперед. Сердце усиленно разгоняет кровь по венам, и я взволнованно осматриваюсь по сторонам.

Если передний двор представляет из себя сплошную лужайку с дизайнерским ландшафтом, разделенную на зоны для отдыха, для игр и так далее, то сейчас я оказалась в настоящем ботаническом саду с обилием многообразных растений. Некоторые деревья не подстрижены, но это не умаляет потрясающей цветущей красоты. Кем бы ни был садовник, который поработал здесь, он настоящий знаток своего дела.

Я прохожу по узкой тропинке между бурно разросшимися кустарниками с яркими фиолетовыми бутонами, и застываю в немом восхищении, увидев огромную стеклянную оранжерею. Выглянувшее из-за туч солнышко весело отражается от прозрачного стекла, делая его похожим на хрусталь. Не могла даже предположить, что когда-либо смогу увидеть на территории владений чопорных, зацикленных на собственной важности Бэллов такое совершенство. Недолго думая, я захожу внутрь оранжереи и оказываюсь в настоящем цветущем оазисе. Меня окружают экзотические растения, от маленьких пробивающихся ростков до высоченных кустарников с толстыми стволами и широкими листьями, щедро орошаемые водой с помощью автоматической системы полива. Я иду вперед, глазея по сторонам. Стыдно признаться – как ни пытаюсь, я не могу припомнить названия ни оного из потрясающе-красивых растений, радующих и восхищающих мой взгляд. Я помню, как несколько лет назад мы с Нейтоном посещали ботанический сад в парке в центре города, но и он поразил меня меньше, чем то, что я вижу сейчас. Я даже представить боюсь, сколько трудов и времени потрачено для создания этого райского уголка.

У отца есть свои увлечения, которыми он не любит делиться. Ты сразу поймешь, о чем я, когда увидишь. Всплывают в памяти слова Эрика. Неужели он имел в виду, что Гарольд сам занимается садом? Это и есть его увлечение? Но, когда и как… как он успевает? Делаю еще несколько шагов вперед, и из зоны широколистных кустарников перехожу к декоративным цветам. Некоторые кажутся смутно-знакомыми, другие я вижу впервые. Аромат витает просто невероятный, особенно когда очередь доходит до плантации с розами самых разных цветов и оттенков. Немыслимое количество видов и подвидов. Невероятное зрелище. Мое сердце замирает в потрясении. Все еще не могу поверить, что Гарольд Бэлл занимается садом лично. У него наверняка есть в помощниках опытные садовники и прочий вспомогательный персонал.

Я знаю, что Гарольд не хранит свой секрет в сейфе. Снова в мысли врывается голос Перриша.

Ты должна кое-что сделать для меня, Лиса.

Мой взгляд напряженно скользит по ярким бутонам многочисленных роз, я чувствую, как аромат, который только что вызывал прилив сил и удовольствие, внезапно начинает душить меня. Меня не покидает ощущение, что я упускаю что-то важное, очень важное.

У отца есть свои увлечения, которыми он не любит делиться.

Я знаю, что Гарольд не хранит свой секрет в сейфе.

О, Господи! С губ срывается мучительный стон, когда я осознаю в полной мере то, что всегда было на поверхности. Сердце бешено колотится о ребра, вызывая болезненные спазмы во всем теле. Шум в ушах перекрывает журчание воды в небольшой фонтанчике, установленным в центре плантации с розами.

Как я не догадалась раньше?

Есть ли шанс, что я ошибаюсь и мое предположение просто плод разыгравшегося воображения?

Взгляд останавливается на металлическом ящике, уставленном в конце оранжереи, и я стремительно направляюсь прямо к нему, чувствуя твердую уверенность, что двигаюсь в нужном направлении. В таких обычно хранят хозяйственный инвентарь. Я рывком открываю дверцу, и действительно вижу многочисленные полки, на которых лежат баночки и пакетики с удобрениями, инструменты, губки, перчатки и другие непознаваемые для простого обывателя предметы. Верхний ящик выдвижной, и он заперт на обычный железный заржавевший от времени шпингалет. Заметно, что его уже много лет не открывали. Ни кодового замка, ни навесного. Все это привлекло бы лишнее внимание. Дергаю шпингалет вниз и выдвигаю ящик дрожащими руками.

Ты должна кое-что сделать для меня, Лиса.

Я оборачиваюсь, потому что мне кажется, что я слышу голос Перриша за своей спиной. Мои ладони леденеют, горло сжимает спазм. Я всматриваюсь в пустой проход за спиной, но там никого нет. Это просто обман воображения. Делаю вдох и заглядываю внутрь. На дне ящика, покрытая слоем пыли лежит коричневая кожаная папка. Сердце замедляется, а потом с новой силой начинает биться в груди. Я закусываю губу, чтобы не закричать в голос. Я не верю. Это невозможно. Невозможно.

Ты должна кое-что сделать для меня, Лиса.