Когда я женился на Линди, я искренне верил, что и она сможет, сможет принять то, что никто и никогда не видел, кроме нее. Но, как я же и сказал ранее, это невозможно. Я, как и многие, стал пленником заблуждений. И только моя молодость, и недостаточный опыт оправдывает допущенные ошибки.

Сейчас у меня совершенно другие планы. Цель, как никогда близка. И только время способно показать истинное лицо победителя. Я чувствую вкус скорого триумфа, мой час не за горами, а пока… пока пусть отпрыск Гарольда Бэлла потешит свое самолюбие короткими минутами славы. Они будут недолгими закончатся раньше, чем он предполагает. Нет ничего приятнее, чем поразить врага в тот момент, когда он чувствует себя на вершине успеха, королем жизни, царем горы. С высоты падать всегда больнее… Надеюсь, что он успеет насладиться своим недолгим полетом.

Месяц спустя

Нью-Йорк таймс: Нейтон Бэлл одержал уверенную победу в выборах на пост мэра Кливленда, обойдя с отрывом в восемь процентов голосов основного конкурента Мартина Роббинса и стал вторым за историю города самым молодым мэром, как и Деннис Кусинич, выигравший выборы в 1977, в возрасте тридцати одного года. Жители Кливленда искренне верят, что Нейтон Бэлл повторит успешное правление Кусинича и вернет городу былое процветание.

Нейтон

– Мне бы не хотелось задерживаться надолго, Нейт, – поправляя ремни безопасности на дочери, напряженным голосом говорит Джина. – Я понимаю, что все хотят тебя поздравить, но, думаю, что мое присутствие вовсе не обязательно. Все эти разговоры о политике меня утомляют.

– Ты моя жена. И в такие моменты должна быть рядом, – отвечаю я безапелляционным тоном. Видимо, получается слишком резко, потому что даже Эсми вздрагивает и вопросительно смотрит на меня. – Мы одна семья, Джина, – смягчившись, добавляю я.

– А я соскучилась по бабушке и дяде Эрику, – сияет дочка. Реджина сдержанно смотрит на меня, выдавливая из себя неестественную улыбку.

– Извини. Ты прав, – произносит она. Протягивая руку, я накрываю ее ледяные пальцы, и в выражении ее глаз мелькает боль, причины которой мне хорошо известны. За последние полтора месяца отношения между нами мало изменились. Мы живем вместе и по-прежнему делаем вид, что ничего не происходит, но мужем и женой являемся только формально. Все попытки Джины сблизиться я пресекаю. Но не потому что не хочу. Мои чувства к ней по-прежнему сильны, и сейчас они дарят мне не радость и счастье, как раньше, а бесконечную муку и разрывающую сердце ревность. Я пытаюсь понять ее, все забыть, и начать сначала, но это чертовски сложно. И мне приходится каждый раз, когда Джина заходит в спальню в провокационном белье, безжалостно заявлять ей, что мне нужно еще немного времени.

Но в действительности я не уверен, что это самое время когда-нибудь настанет. Как не прискорбно…

Не все зависит от наших желаний и даже от наличия сильных чувств. Я люблю ее, это неизменно и не подлежит сомнению. Но точно так же я не допускаю ни малейшего сомнения в отношении ее чувств ко мне.

Реджина оказалась совсем другим человеком, и я провел очень много часов, проверяя ее прошлое с вновь открывшимися обстоятельствами. Я могу найти оправдания ее многолетней лжи, но, если бы дело было только в этом… Теперь, когда мы оказываемся в общественных публичных местах, я каждый раз не чувствую себя уверенным, что пожимающий мне руку мужчина не был «близко» знаком с моей женой. Чтобы успокоиться, я должен выяснить все! Абсолютно все! Каждое имя. Не знаю, что я сделаю, если мне это удастся. Убрать всех, учитывая их положение в обществе, не получится. Но и чувствовать себя идиотом невыносимо. Теперь, когда я занял пост мэра, найдется немало желающих покопаться в моем грязном белье, и, если правда о прошлом Реджины всплывет – мне конец. И ей тоже. Отец не простит Джине такого пятна на репутации нашей семьи. Мои попытки исключить вероятность подобного поворота событий пока не увенчались успехом. Я должен признать, что мои возможности ограничены. Я, к сожалению, не всесилен, а обращение к отцу может иметь фатальный эффект, которого хотелось бы избежать.