– Тебе зачитать список? Ты уверена, что хочешь знать каждое имя?

– Я имею в виду какую-то особенную девушку. С которой тебе хотелось большего. Дом, дети, семья. Ну, ты понимаешь…

– Нет, не понимаю, – нахмурившись, я потираю переносицу и, перевернувшись на спину, устремляю взгляд в потолок. – Я же не спрашиваю, был ли в твоей жизни особенный парень. И ты не должна.

– А если мне интересно, Оливер? Может, я хочу знать, что ты настроен ко мне серьезно, и я не исчезну из твоей жизни как закончу чертову рукопись. Или надоем еще раньше.

– Этого не случится, – улыбнувшись, я снова оборачиваюсь к Шерил, заключая девушку в объятия. – Ты не можешь мне надоесть, – склонив голову, нежно касаюсь алых губ.

– Почему ты так в этом уверен? – настаивает Шерил, уклонившись от поцелуя.

– Любимый человек надоесть не может, Шерри.

– Я твой любимый человек?

– Да, а ты против?

– Мы и недели не знакомы, Оливер, – хмуро произносит Шерри, и мне абсолютно не нравится ее реакция. – Не слишком ли ты спешишь?

– Не думай об этом так, – мягко уговариваю, дотронувшись ладонью до ее щеки. – Если тебе нужно больше времени, чтобы полюбить меня, я подожду, – она замирает, растерянно с проблеском недоверия глядя мне в глаза. – У нас впереди вечность, мисс Рэмси, – выражение лица напротив становится ошеломленным, и я смеюсь, опрокидываю трусливую девчонку на спину. – Но начнем любить друг друга прямо сейчас, – накрываю обнаженное тело своим, шепчу в теплые губы и бесконечно долго целую, пока все глупые мысли и лишние вопросы не вылетают из хорошенькой головы.

– Самое главное не пропустить рассвет, – шепчу в аккуратное ушко, вытягивая ее руки над головой и прижимая запястья к подушке.

– А что на рассвете? – с опозданием почти на минуту, дрогнувшим голосом уточняет Шерил.

– Сгорим, наверное, – отвечаю, неопределенно пожав плечами. Встаю на колени между ее разведенными ногами, чтобы натянуть очередной презерватив. – Если верить фильмам ужасов, – дополняю, заметив неподдельный испуг в распахнутых глазах, – дневной свет в обмен на вечность и все такое…

ШЕРРИ

Первые секунды своего пробуждения я полностью дезориентирована. Слеповато щурю глаза, высунув нос из-под теплого уютного одеяла. Яркий солнечный свет золотистым потоком льется через большие окна, не оставляя ни одного темного угла в просторной спальне. Чужой и абсолютно мужской спальне, идеально убранной, не считая смятой постели, в которой я лежу совершенно голая с бесстыдно ноющими мышцами в местах, не оставляющих полета фантазии. Кто-то опять всю ночь раздвигал ноги, очень активно и оглушительно громко. Ошибиться невозможно, запахом секса пропитано все вокруг, а тело до сих пор болезненно чувствительно. Раздраженные соски твердеют от соприкосновения с прохладным воздухом, между ног саднит и пульсирует, когда я касаюсь себя там. Низ живота напрягается в ответ на порочное движение пальцев. Фу, Шерри, ты очень плохая, испорченная девочка.

Пытаюсь вызвать волну стыда или смущения, но ничего не выходит. Зажмурив глаза, я раздвигаю ноги, повторяя пальцами все то, что делал со мной языком и губами Оливер прошлым вечером. Боже… я позволила ему поиметь меня прямо у двери его стервозной сестры, испытывая при этом нездоровое удовольствие. Может, я конченая извращенка, но такого оргазма у меня точно никогда не было. И мне абсолютно плевать, что подумает обо мне Гвендолен Кейн.

Мысленно перематываю время вперед, вспоминая, сколько раз на этой самой кровати… Хватит, Шерри, остановись. Черт, кажется, Оливер говорил мне что-то похожее уже под утро. Надеюсь, после этой ночи он не сойдет с ума окончательно. Это ни в коей мере не смешно и ни грамма не забавно.

Это страшно! Кажется, я подсела на секс с психом, что говорит только о наличии проблем у меня самой, но с проблемами я разберусь позже… Освобождение короткой вспышкой проходит по телу, и я закусываю губы, чтобы не закричать.

Потом я пару минут валяюсь поперек кровати, слепым взглядом уставившись в потолок. Почему-то отсутствие Оливера в постели меня нисколько не беспокоит, не удивляет и кажется совершенно естественным. Просто потому что я догадываюсь, где он может быть, и точно знаю, что найду его там, если решу оторвать, наконец, задницу от кровати. Было бы неплохо еще помыться, позавтракать и позвонить в больницу.

Лениво потянувшись, бросаю взгляд в окно, пытаясь определить который час. Около полудня – это точно. А погода сегодня отличная, обязательно надо прогуляться, пока небо снова не заволокло тучами.

От построения мысленных планов меня отвлекает знакомый рингтон телефона. Перекатившись на другую половину кровати, хватаю с тумбочки вибрирующий мобильник. Мой, ну надо же. Точно помню, что оставила его вчера в своей спальне.