Разъяренно хрипя и брыкаясь, Кая пытается скинуть с себя мерзкую тушу, но несмотря на бушующие в ней безумную ярость и адреналин, силы не равны. Он сильнее, выше, крепче телосложением, и его не пичкают сутками психотропными препаратами. Он не живет в постоянном стрессе и принимает долбаный целебный наркотик из крови породистых пчел. У него все шансы. Он — господин, она — его собственность.

Как бы не так! Извернувшись, Кая вгрызется зубами в его руку, которой он удерживает ее за шею. Рот тут же заполняет соленая кровь, только подстегивая в пчелке инстинкт убийцы.

— Бешеная сука, — взвыв от боли, он сжимает пальцы крепче, и свободной рукой бьет ее по другой щеке. Она держит удар и сильнее стискивает челюсти. Совершенно обезумев, она захлёбывается его кровью и урчит от удовольствия, не чувствуя ни боли, ни страха. Бешеная сука будет грызть эту падаль, пока он не сдохнет.

Поняв, что она сдохнет, но не отцепится, пока не вырвет кусок мяса из его руки, господин Мин тянется к заветной кнопке на свои часах, и в этот момент над ним нависает темная тень трутня.

— Я могу вам помочь. Прикажите, — услужливо предлагает он.

— Давно пора, — облегченно выдыхает почетный гость Улья, оглядываясь на подоспевшего, пусть и с опозданием трутня. Глаза Мина изумленно округляются, когда он замечает в руке парня отливающий сталью нож. В горле господина клокочет невнятный звук. Схватив его за волосы, Эйнар одним плавным и четким движением перерезает ему глотку. Кровь густым фонтаном брызжет на распластанную под ним пчелку.

— И я о том же. Давно пора, — расцепив зубы, Кая сталкивает с себя ослабевшую ношу. — Долго ты еще собирался сидеть в углу, как наказанный мальчик?

* * *

Кая

Мин неловко заваливается на бок. Выражение неподдельного изумления сменяется шокированным неверием. Мыча и булькая, он пытается зажать расползающуюся рану из-за болевого шока забыв про спасительные часы.

— Я ждал удобного момента, — оправдывается Эйнар. — Это ты устроила цирк вместо того, чтобы действовать по инструкции. На хрена его было злить?

— Тебе не понять. Ты шестой уровень, я — элита, — припоминает она недавно сказанную им фразу, смысл которой дошел до нее только сейчас.

Выплюнув на пол кровь и вытерев ладонью рот, Кая переворачивается и встает на четвереньки. Попутно прихватив брошенный трутнем нож, она ползет к бьющемуся в судорогах подыхающему господину. Склонившись над ним, она растягивает губы в безмятежной ласковой улыбке. В последней попытке оттянуть неизбежное, он снова тянется к кнопке на часах, но на этот раз опережает Кая, вонзая лезвие в его запястье.

— До встречи в аду, Габриэль, — нежно шепчет она, вытаскивая нож. Взяв рукоятку обеими ладонями, пчелка заносит его над головой. — Никто не должен…, — острие входит сначала в правый глаз. — Нас увидеть, — затем в левый.

Дикие вопли Мина звучит для нее, как райская музыка. Вытекающие глазные яблоки, лужа крови и мочи под обделавшимся ублюдком не вызывает ни тошноты, ни отвращения. Вот так выглядит смерть! И в ней есть своя неуловимая, омерзительная красота.

— Он умер, Кая, — не дав вдоволь насладиться моментом, влезает в ее кровожадные мысли тихий голос трутня. Оторвав взгляд от изуродованного черепа мертвеца, она резко вскидывает голову.

— Я заметила, Эй.

— Не называй меня так, — поморщившись, просит он. — Мы, вообще-то в одной команде. Ты как, вообще? — приблизившись, Эйнар протягивает ей ладонь. В синих глазах плещется океан искреннего сожаления, напомнив ей о том, что она на время расправы над Янгом заблокировала в своем сознании. Разорванное в клочья сердце болезненно дергается в груди, посылая стрелы ядовитой боли во все уголки тела.

Нет. Не сейчас. Слезы и истерики будут позже.

— Я в порядке, — самостоятельно поднявшись, Кая обходит ошеломленного ее хладнокровием трутня.

С ног до головы покрытая брызгами крови, с зажатым в пальцах окровавленным кинжалом и с адским огнем в глазах, она выглядит жутко и устрашающе. Попав под влияние исходящей от нее животной энергии, он непроизвольно отступает на шаг назад.

— Сколько у нас есть времени, до того, как сюда кого-нибудь пришлют? — уточняет она ледяным тоном.

— Гостевые номера звуконепроницаемые. Мы здесь не дольше часа, — задумчиво прикидывает Эйнар. — Время есть, но самостоятельно нам все равно не выбраться, нужно…

— Я помню, что нужно ждать Бута, — перебивает Кая. — Пойду посмотрю, что там в гробу.

— Зачем? — удивленно уставившись вслед пчелке, решительно направившейся в озвученном направлении.

— Не просто же так он сюда его приволок. Пусть не он лично, но какая на хрен разница.

Покружив вокруг, она проводит ладонями по крышке и торцам, ища замки, но гроб, или скорее саркофаг, абсолютно гладкий. Ни одной гребаной выпуклости.

— И как его открыть? — Кая раздраженно ударяет кулаком по металлу и прислушивается к глухому звуку. Внутри определённо есть полость, а значит, это не просто устрашающий литой реквизит. Гроб — настоящий, и она должна была сегодня в нем лежать.

— Какой смысл туда заглядывать? — по-прежнему недоумевает швед.