Я прекрасно осознавала все, что делала и говорила, взвешивая каждое слово в моих беседах, независимо от того, с кем они велись. Когда я вводила данные на компьютере, потоки мгновенных мыслей протекали через меня, неоспоримое желание получить информацию. Такие вопросы, какие я не позволяла себе задавать в течение нескольких месяцев, бомбардировали мои мысли. Почему меня отправили работать в химическую лабораторию? Кто-нибудь знал, чем я занималась раньше? Что стояло за изготовлением препаратов? Была ли это филантропия, или за этим скрывалось нечто большее?

Когда мои пальцы зависли над клавишами и пароль Брата Бенджамина повторялся в голове, я не была уверена, что хотела найти что-то или даже то, что я искала. И вот через мгновение я вернусь к своему предписанному заданию с чувством вины, подавляющим любознательность, напоминающем мне о моем месте, как женщины и как жены члена Собрания.

Весь процесс — от восторга из-за воспоминаний до сомнений и стыдных вопросов — приводил в бешенство, тревожил и утомлял.

К обеду я была измотана. Нужно сменить декорации, я попросила Дину проводить меня в кафе. Новое окружение не помогло. Что-то в моих откровениях все изменило. Я больше не видела процветающего маленького городка, то была огороженная территория или лагерь. Я боролась с необходимостью поднять глаза и по-настоящему изучить мир, в котором жила.

Меня научили держать глаза опущенными. Тем не менее, я очень хотела стоять и смотреть, как я делала это наедине в своей квартире. Я хотела зайти в здания вдоль грязных улиц и дорожек. Теперь они казались прочными, но простоватыми. В то время, как некоторые, такие как кафе и школа, были изготовлены из листового металла, большинство из них были сделаны из дерева, так как ангар для самолетов.

Следователь во мне, пытался вырваться на свободу, чтобы рассмотреть связи, из-за которых я никогда раньше не остановилась бы, чтобы заняться изучением окружающей обстановки. Джейкоб сказал, что возле электростанции, сразу за стеной общины, была небольшая пилорама, где работали последователи, чтобы превратить столетние деревья в древесину. Иначе, как бы они построили это место у черта на куличиках? Доставлять самолетом строительные материалы было сложнее и дороже. Из того, что я могла вспомнить о самолетах, которые Джейкоб показывал мне, ни один из них не был достаточно большим для этого.

- Ты когда-нибудь думала о людях, которым помогают лекарства от Отца Габриэля? - спросила я, пока жевала холодный сэндвич с индейкой.

Дина пожала плечами.

- Думаю, нет. В смысле, его миссия творит замечательные вещи. Я и представить себе не могу, как бы обходилась без удовлетворения своих потребностей.

- А они есть?

- Они?

Я наклонилась ближе.

- Потребности.

Дина кивнула.

- У меня - да. Это то, чему учит Отец Габриэль. Любые неудовлетворенные потребности - вовсе не потребности, а желания.

- Да, это то, что он говорит. А что думаешь ты?

- Сара! Я не знаю, что на тебя нашло, но я не подвергаю сомнению учение Отца Габриэля, и тебе не советую.

- Я не подвергаю сомнению. Мне просто любопытно.

- Ты без пищи, крыши, или чистой одежды? - спросила она.

- Нет.

- Что насчет душевных потребностей?

- Что насчет них? - повторила я.

- Они удовлетворены?

Я сделала глоток воды.

- Да, конечно.

- Это не тема для любопытства.

- Знаю. - Я опустила голову. - Я думаю, что просто скучаю по Джейкобу. - Слава Богу, у меня было оправдание. Иначе я не знаю, как смогла бы объяснить свое странное поведение.

Когда мы собирались выйти из магазина, вошла группа из трех женщин-последователей, их головы склонились, когда они окинули комнату взглядом. Головы каждой были покрыты шарфами, какие я видела у женщин, которые работали в теплице, где выращивали свежие фрукты и овощи для ежедневного потребления. Только когда бледно-голубые глаза одной из женщин посмотрели в мою сторону, я узнала ее. Эти глаза я знала годами. У меня не было никаких сомнений. Я смотрела на мою подругу Минди Роузмонт.

Без раздумий, я встала и двинулась в ее сторону. Боль от ее исчезновения, посещения морга, всё вернулось. Комок образовался в задней части горла, когда мои руки свело от боли, так мне хотелось ее обнять. Она была здесь, в целости и сохранности. Прежде чем я смогла обработать или отфильтровать свои мысли, я потянулась к ее руке.

- Ми... - Я не стала называть ее имя, которое начало слетать с моих округлившихся губ, когда заметила, как на ее лице отобразилось выражение потрясения.

- Сестра, я… в чем-то проблема? - спросила она мягким и слабым голосом. Две другие женщины стояли, уставившись на меня, как и Дина.

Мои мысли ускорились. Я вспомнила, что видела ее раньше в храме, говорящей с Элизабет. Я должна что-то придумать.

- Нет, - успокоила я ее, надеялась увидеть какое-либо узнавание во взгляде. Не увидела. – Я-я... - Я подбирала слова. Моя аудитория слушала внимательно. - Сестра Мэри? Правильно?

- Да, - ответила она, посмотрев теперь туда, где я держала ее дрожащую руку.

- Пожалуйста, посмотри вверх.

Она посмотрела.