– А, так ты уже познакомилась с ковенским вожделением? Я-то говорила исключительно о близнецах, но мне нравится, к чему идет разговор.

Смеюсь и со стоном закрываю лицо ладонями. Ковенское вожделение, да, отличный термин.

– Винна, ты – лучшее, что случалось в этом городе. Вот это вот все, – она кивает на меня, – укутано завесой тайны. Скажем так: скоро здесь станет очень интересно, – Мэйв улыбается, и в ее глазах мелькает что-то озорное.

– Это хорошо или плохо? – неуверенно спрашиваю я.

– Скорее всего, и то, и другое, – усмехается она.

Мы болтаем еще какое-то время, и Мэйв рассказывает мне о мальчиках-кастерах все, что, по ее мнению, заслуживает внимания, а заодно посвящает в местные сплетни. Я не имею ни малейшего представления о персонажах, о которых она говорит, но слушать ее пылкие оценки весело.

Увлеченная нашими историями, я чувствую себя легче, чем когда-либо за последние дни. В какой-то момент я все же расплачиваюсь, и мы обмениваемся телефонами, обещая друг другу вскоре снова встретиться. Я выхожу, окрыленная покупкой книг и тем, что завела нового друга. По пути к джипу замечаю идущих навстречу сестричек.

– Ну-ка, ну-ка, что это тут у нас? – посмеиваюсь я, привлекая их внимание.

– Винна, дорогая, чем ты занимаешься в этот прекрасный день?

Указываю на пакет с только что купленными книгами.

– Закупаюсь и разнюхиваю все вокруг.

– А мы как раз шли пообедать. Присоединяйся, – говорит Лила, обвивая своей ухоженной рукой мою.

– Вы уверены? Не хочу испортить девчачьи посиделки.

– Ну, ты ведь тоже девочка, так что не испортишь, а лишь улучшишь, – заверяет Аделаида.

– Ты пробовала индийскую кухню? Мы как раз идем в индийский ресторанчик.

Я мотаю головой и улыбаюсь.

– Если уж вам она нравится, тогда уверена, будет просто невероятно.

Нас проводят за столик и предлагают меню. Впрочем, мне не удается толком его рассмотреть, потому что к столику постоянно подходят люди, чтобы поздороваться с сестрами.

– Кажется, вас тут все знают. Часто здесь бываете? – спрашиваю я, после того как поздороваться с ними и немного поболтать подходят менеджер и несколько официантов по очереди.

– Часто, – тепло улыбается Берди. – Мы уже много лет несколько раз в месяц заходим сюда поесть, но, думаю, присутствие некой загадочной племянницы за столом делает нас куда более популярными, чем обычно, – подмигивает она мне.

– Откуда все обо мне знают? – спрашиваю я, откусывая что-то, что принесли на стол. – Вау, а это вкусно. Что это?

– Это пакора^[2]. Попробуй вот с этим соусом, – говорит Лила.

Я продолжаю бессовестно набивать рот, но сестры прекрасно знают о моих манерах, а точнее, об отсутствии таковых, когда дело доходит до хорошей еды, и потому просто ободряюще улыбаются.

– Сплетни здесь разлетаются быстро. О тебе сейчас весь город трубит, – сообщает Лила.

Издаю раздраженный стон.

– Не волнуйся. Все утихнет, как только люди к тебе привыкнут, – говорит Берди.

– К слову о сплетнях… Что происходит между тобой и мальчиками? – спрашивает Аделаида, провалившись в своей попытке звучать непринужденно и едва заинтересованно.

Я давлюсь едой и начинаю громко кашлять. Жадно пью воду, чтобы прочистить горло, и смотрю на дерзкие улыбочки сестричек.

– Ничего такого, а что? – увиливаю я.

– Просто любопытно. Я думала, вы неплохо поладили, но в последнее время ты стала сдержаннее и как будто избегаешь их. Что-то случилось?

Я смотрю на их горящие лица, и они терпеливо ждут моего ответа. С минуту ерзаю на стуле, пытаясь решить, странно ли будет рассказать им о происходящем. Впрочем, сама я ничего не понимаю, поэтому, возможно, стоит рискнуть.

Делаю глубокий вдох и начинаю объяснения.

– Мы действительно неплохо ладим, мне с ними весело. Я сошлась с ними так, как никогда ни с кем не сходилась. – Делаю глоток мангового напитка, который мне порекомендовала Аделаида. Черт, просто восхитительно. Указываю на стакан и поднимаю большой палец, потом продолжаю: – Но в то же время эти чувства настолько сильны, что пугают. Меня влечет к ним, и я не знаю, как находиться рядом с ними, не воспринимая их в таком свете и не желая того, чего мне, пожалуй, не стоит желать.

Все трое понимающе кивают. Я вздыхаю и топлю свои печали в манговом великолепии. Примерно минута проходит в молчании.

– А они не хотят большего? – спрашивает Лила. – Когда я наблюдаю за вами или слышу отрывки их разговоров, мне не кажется, что очень даже хотят, – говорит она с милой улыбкой и подмигивает. Не в силах сдержаться, я усмехаюсь.