Медленно, едва дыша, я вхожу в дом и осматриваю гостиную. Все на своих местах, но в воздухе витает смесь ароматов, которые слишком знакомы, чтобы их игнорировать – пряная гвоздика, густой дым и дорогая кожа.

Напряжение в плечах тут же спадает, и я ослабляю хватку на баллончике. Я прохожу через коридор вглубь дома, к своей спальне. Обычная паника при мысли о вторжении куда-то испарилась, и все потому, что я уже догадываюсь, кого найду внутри. Теплый дым и аромат гвоздики – его верная визитная карточка.

Я открываю дверь в спальню, и, как и ожидала, на краю кровати, полулежа, опираясь на локти, меня встречает самодовольное лицо Истона Прайса.

— А вот и мой любимый ангелочек, – усмехается он.

Я бросаю сумку на пол, но не выпускаю баллончик, а телефон кладу на туалетный столик. Пистолет под подушкой манит меня, но я отгоняю эту мысль. Истон больше лает, чем кусается.

Да и жаль портить такую красивую обертку.

— Это незаконное проникновение. Я могу пристрелить тебя на месте.

— Для этого тебе сначала придется достать пистолет, – он похлопывает по подушке за своей спиной.

— Ты рылся в моих вещах?

— Немного порылся, – признается он, и на его губах расцветает дьявольская ухмылка.

Вместо паники меня охватывает ярость: он вторгся в мое личное пространство.

— Зачем ты здесь?

Пожалуй, мне стоило спросить, как он вообще узнал, где я живу, но для такого изворотливого и хитрого человека, как Истон, найти мой дом, должно быть, было плевым делом.

— Разве не очевидно? Я хочу, чтобы ты солгала мне насчет того, где была сегодня вечером.

Он прекрасно знает, где я была, но, как всегда, Ист любит играть со мной. Каким-то образом он узнал о "Латунной Гильдии" и моей связи с этим местом, и теперь получает какое-то больное удовольствие, тыча мне этим в лицо. Не то чтобы я не ожидала, что он рано или поздно обо всем узнает. Там собираются самые влиятельные и могущественные мужчины обеих Каролин. Рано или поздно слухи дошли бы и до Истона. И как только бы он увидел мое выступление, он бы узнал меня, несмотря на макияж и костюм. Я могу скрыть, кто я, от всех в Эшвилле, но только не от него. Он всегда видел меня насквозь, как бы я ни пыталась спрятаться.

Я наблюдаю, как он играет с пряжкой ремня, его наглая ухмылка не исчезает, а взгляд скользит по моему телу – от кедов до дурацкой бейсболки.

— Я не буду ждать ответа вечно. Ты можешь солгать мне, Скар. У тебя это так хорошо получается.

Почему тебе так нравится мучить меня, Ист?

Я стискиваю зубы, чтобы не выпалить это вслух.

— Убирайся с моей постели, – приказываю я, сокращая расстояние между нами ровно настолько, чтобы пнуть его по ботинку.

— Не хочу. Мне здесь очень нравится. – Он еще больше разваливается на кровати, раскинув руки и демонстрируя напряженные мышцы предплечий. Мне приходится прикусить щеку изнутри, чтобы не пялиться на него.

— Я вызову шерифа, – грожу я, стараясь, чтобы голос не дрогнул перед этим ослепительным зрелищем.

Истон выглядит чертовски хорошо на моей кровати.

— И что ты ему скажешь? – вызывающе парирует он, развеивая мои глупые девичьи фантазии.

Его могут называть Темным Принцем Эшвилла, но я не беспомощная принцесса, ждущая спасения – особенно когда единственная опасность в этой комнате он сам.

— Скажу, что ты вломился в мой дом. Это незаконное проникновение. Уголовное преступление. Такое не замнешь, сколько бы денег у тебя ни было и кем бы ни был твой отец.

Я знаю, что это привлекает его внимание – он приподнимается с кровати, но остается сидеть на краю. Его темные глаза полны ярости, которую, кажется, можно ощутить кончиками пальцев.

— Я скажу ему, что ты сама меня пригласила.

— Это ложь.

— Разве? Раз уж я не успеваю за тобой, почему бы мне не позаимствовать что-то из твоего арсенала?

— Отлично. Просто скажи, чего ты хочешь?

— В эту минуту… не уверен, – шепчет он, и его взгляд снова скользит по моему телу.

Я уже собираюсь снова приказать ему уйти, как он дергает меня за тренч и усаживает к себе на колени.

— Отпусти, – рычу я, пытаясь вырваться, но его хватка слишком сильна.

— А то что?

Перцовый баллончик все еще в моей руке, и он чувствует, как я меняю положение. Легким движением он выхватывает его и отшвыривает на другой конец комнаты. Одной рукой он прижимает меня к себе, обхватив за талию, а другой сжимает мою шею.

— Сними это.

Я судорожно сглатываю от его хрипловатой команды, сердце колотится как бешеное.

— Что снять?

— Не испытывай меня, Скар. Эту дурацкую бейсболку. Я хочу, чтобы ты ее сняла.

Скар.