Я хмурюсь, одновременно смущенная и обеспокоенная. Мы не общались с тех пор, как расстались сегодня, после того как полиция забрала все наши улики. Она должна была пойти на день рождения своей племянницы, и больше я с ней не связывалась.

Нажав кнопку вызова, я подношу телефон к уху и сажусь. Проходит один гудок, а затем включается автоответчик.

Мое сердце начинает бешено колотиться, я спускаю ноги с кровати и несусь к комоду, роясь в ящиках, пока не нахожу треники и толстовку.

Я звоню на телефон Дайи еще два раза, и к тому времени, когда снова срабатывает автоответчик, меня уже охватывает паника.

Схватив ключи у входной двери, я выбегаю из дома и сажусь в машину. Пока я мчусь к дому Дайи, по стеклу слегка постукивает дождь.

По дороге я еще несколько раз звоню ей. Но она ни разу не отвечает.

Когда до ее дома остается всего несколько километров, я замечаю позади себя свет фар. Взглянув в зеркало заднего вида, я давлю на газ сильнее и чувствую, как замирает сердце в груди.

Что-то здесь не так.

Дайя не стала бы писать мне сообщения с просьбой приехать, а потом игнорировать меня.

А машина позади приближается настолько близко, что почти исчезает из виду за задней частью моей.

– Что за…

Мое тело резко дергается вперед, и моя голова едва не ударяется о руль. У меня вырывается испуганный вскрик, моя машина начинает вилять.

Я возвращаю автомобиль на дорогу, жму на газ и стараюсь увеличить расстояние между нами, пытаясь нащупать свой телефон вслепую, пока не понимаю, что он где-то на полу пассажирского сиденья.

Должно быть, вылетел у меня из рук, когда этот фургон врезался в меня.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Кто же, черт возьми, преследует меня? Это может быть Макс, который наконец-то решил отомстить за убийство, к которому я не имею никакого отношения. Или это могут быть люди, которых натравил на меня Марк. Все-таки пришедшие за мной.

Рев их двигателя – мое единственное предупреждение. И на этот раз я готова к столкновению, несмотря на то, что от, силы удара у меня перехватывает дыхание.

Прежде чем я успеваю справиться с управлением, они врезаются в меня снова. Мой автомобиль мотает из стороны в сторону, пока я пытаюсь выравнять его на дороге. Моя грудь накачивается адреналином и паникой, а в животе зарождается ужас. У меня возникает чувство, что из этой ситуации я не смогу выбраться.

Моя педаль газа уже не может опуститься ниже, и чем выше скорость, тем больше я теряю управление над автомобилем.

Еще один удар, и я вылетаю в кювет. Мир вокруг меня кружится, когда бампер моей машины под углом врезается в канаву, и машина опрокидывается, дважды переворачивается вокруг своей оси, а затем резко приземляется на крышу.

От оглушительного удара лопаются стекла. На меня, рассекая мою кожу в клочья, со всех сторон сыплются осколки стекла.

И когда все стихает, я понимаю, что все еще кричу.

Я делаю резкий вдох, издавая почти животный звук, пока паника берет надо мной верх. Я вишу вверх ногами, все еще пристегнутая к сиденью, и ремень безопасности больно впивается мне в грудь, еще больше сдавливая и без того сжатые легкие.

– Ты стукнул ее слишком сильно, – раздается голос откуда-то из машины. – Черт, проверь, не умирает ли она там, чертов идиот.

Вместе с голосом до меня докатывается и боль.

Я зажмуриваю глаза, мое тело пульсирует в острой агонии. Я стону, ощущая, как усиливается боль, пока мое сломанное тело не вытесняет все остальное из моей головы.

В окне появляется голова. Я встречаюсь взглядом с человеком со смуглой кожей и бездонными черными глазами.

– Она жива, – сообщает он, и одну сторону его губ кривит улыбка облегчения.

– Вытаскивай ее, – вместо ответа требует голос.

– Что вам от меня нужно? – стону я, слабо отмахиваясь от его рук, которые возятся с пряжкой ремня безопасности. Он не отвечает, и я продолжаю спрашивать.

– Заткнись на хрен, пока я тебя не вырубил! – рычит он.

Я слышу щелчок ремня, и мое тело падает головой вниз. Я кричу, мои шею и плечи пронзает боль.

Мужчина хватает меня за руку и выволакивает через водительское окно, таща мое тело прямо по стеклу и острому металлу.

– Хватит, – стону я, рыдая до тех пор, пока ему это наконец не удается. – Зачем ты это делаешь?

Тяжело дыша, мужчина наклоняется надо мной и осматривает.

– Когда тебя вылечат, ты будешь стоить сущие копейки, – произносит он с кривой ухмылкой на лице.

– Просто тащи ее в машину, Рио. Макс и так будет в бешенстве, что мы испоганили его фургон, так что прекращай валять дурака. Скоро здесь будет полиция.

На его лице появляется очередная ухмылка.

– Пора спать, принцесса.

А затем наступает темнота.

Он пришел за мной.

Мне кажется, я должна поблагодарить стольких людей за эту книгу, что даже не знаю, с чего мне начать. Но что я знаю наверняка, так это то, что она получится длинной, но, думаю, это мы могли понять и по размеру других моих книг – коротких я не пишу.