– О, бедняжка Элла. Ну ладно, в понедельник в школе я облегчу твои страдания.
От этого произнесенного низким голосом обещания по моему телу пробегают мурашки, но понедельник наступит только через целых сорок восемь часов, так что какой толк в этих разговорах? Я перевожу тему на футбольный матч, и потом мы долго болтаем обо всем и ни о чем, но мне становится лучше уже только от одного звука его голоса.
– Спокойной ночи, Рид.
– Спокойной ночи, детка. И не забудь про понедельник.
Тихо рассмеявшись, Рид вешает трубку.
Проклиная его, я бросаю мобильник на столик у кровати и уже собираюсь выключить свет, как дверь внезапно открывается.
– Какого черта?! – Я резко сажусь в кровати и сердито смотрю на Дину, которая входит в комнату как к себе домой. – Я же закрывала ее!
Она машет в воздухе своим ключом-картой.
– Эти малышки могут открыть любую дверь в этом номере.
О господи, это правда? Я заметила слот для карты под дверной ручкой, но подумала, что дверь можно открыть только моим ключом.
– Больше никогда не открывай эту дверь, – ледяным тоном говорю я. – Если бы я хотела, чтобы ты зашла сюда, то пригласила бы тебя сама.
Но этого никогда бы не произошло, потому что меньше всего на свете я хочу, чтобы она оказалась в моей комнате.
Она, словно не услышав меня, перебрасывает свои длинные светлые волосы через плечо.
– Давай-ка кое-что проясним, солнышко. Неважно, отель или пентхаус, это все равно мой дом. Ты здесь просто гостья.
Я поднимаю бровь.
– Разве это не дом Стива?
Дина пронзает меня злобным взглядом.
– Я его жена. То, что принадлежит ему, принадлежит и мне.
– А я его дочь. И он, кстати, после своей смерти завещал все мне, а не тебе. – Я сладко улыбаюсь. – Или ты уже забыла?
Взгляд ее зеленых глаз вспыхивает яростью, отчего я тут же жалею о сказанном. Я предупреждала Стива не будить спящего медведя, а сейчас сама делаю то же самое. Да уж, вся в отца.
– Что ж, но он ведь еще жив, не так ли? – На ее губах самодовольная ухмылка. – Думаю, ты вернулась к тому, что имела: ни к чему.
Я молчу, потому что она права. Меня не особо волновали все эти деньги, которые оставил мне Стив в своем завещании, но теперь, когда он воскрес из мертвых, у меня действительно нет ни гроша. Хотя нет, неправда. У меня есть десять тысяч долларов, которые дал мне Каллум, когда я вернулась в Бэйвью после побега.
Я делаю себе мысленное напоминание при первом же удобном случае спрятать наличные.
– У тебя тоже ничего нет, – замечаю я. – Стив держит все под своим контролем, и, по-моему, он был не очень доволен тобой за ужином. Что ты сделала, чтобы так его рассердить? – Я притворяюсь, будто обдумываю что-то. – А, знаю! Может, ты убила Брук?
Дина даже рот открывает от негодования.
– Следи за тем, что мелешь, малышка.
– А что? Я ударила по больному? – Я, прищурившись, смотрю на нее. – Подобралась слишком близко к правде?
– Хочешь правду? Брук была моей лучшей подругой – это правда. Я бы скорее убила тебя, чем ее. К тому же теперь мне хорошо известно, что несчастные случаи – не самый лучший способ отделаться от человека. – Она злобно улыбается. – У меня есть пистолет, и я не побоюсь воспользоваться им.
Я таращусь на нее во все глаза.
– Ты только что призналась, что пыталась убить Стива?
О боже. Где диктофон, когда он так нужен?
Дина поднимает подбородок, как будто гордится собой.
– Осторожно, принцесса. Моя любимая фраза о детях: «Видно, но не слышно». Так что пока ты будешь держаться от меня подальше, я буду делать то же самое.
Я не верю ни единому ее слову. Теперь, когда мы живем под одной крышей, она будет мучить меня еще больше, находя в этом какое-то извращенное удовольствие. А то упоминание о пистолете – это была угроза? Боже правый.
– Следи за своим поведением и за языком, – говорит Дина, выходит из моей комнаты и закрывает за собой дверь.
Я остаюсь в кровати. Нет никакого смысла подниматься и запираться на замок, когда теперь я знаю, что чертову дверь можно открыть любым ключом-картой.
Вздохнув, я выключаю свет и пытаюсь заснуть. Перед глазами вспыхивают картинки: вот Дина целится в меня из пистолета, вот Рид за решеткой.
Сплю я плохо.
«Не ссорься с С. Оно того не стоит. Все наладится».
Вот такое сообщение присылает мне в понедельник утром Рид, перед тем как отправиться на тренировку, и почти то же самое он говорил мне на протяжении всех выходных.
Этих очень долгих, отвратительных, нескончаемых, унылых, вечных выходных.
Наладится… ага, десять раз.
Стив уже сделал так, чтобы меня уволили с работы, а потом решил, что будет здорово, если я попробую себя в какой-нибудь школьной спортивной команде. Казалось, на этом он от меня отстанет. Но нет, не отстал.