«Если и так, то он выигрывает, потому что не особо переживает из-за счета. Я присмотрю за твоим малышом Истом, не волнуйся».

«Ха-ха. Спасибо. Я скучаю по всем вам».

Раздается стук в дверь.

– Да?

Мне совсем не нравится, что меня отвлекают, но я даже не пытаюсь скрыть свое раздражение.

– Это Дина, – доносится такой же раздраженный голос. – Мы садимся за стол.

– Я не буду ужинать, – отвечаю я.

Она злобно смеется.

– И правильно. Тебе не помешает скинуть несколько килограммов. Но твой отец велел тебе присоединиться к нам, принцесса.

Я стискиваю зубы.

– Ладно, сейчас приду.

«Мне пора. Ужинаю с Диной и С.».

Отодвинув с дороги чемодан, я выхожу в гостиную. В то же самое время мужчина в униформе вкатывает в наш номер тележку. Пока он все аккуратно расставляет, Стив садится во главе большого обеденного стола.

– Садитесь, садитесь. – Он машет рукой, совершенно не обращая внимания на этого милого мужчину, который убирает с тарелок серебряные колпаки. – Я заказал тебе бургер, Элла.

Я не отвечаю, и он вздыхает.

– Ладно, не хочешь – не ешь. Но я не буду отменять заказ, вдруг ты передумаешь.

Официант поднимает крышку с моей тарелки, на которой на листе салата лежит огромный бургер.

– Спасибо, – говорю я ему со смущенной улыбкой, потому что этот человек ничем не заслужил моей грубости.

Но он даже не смотрит в мою сторону.

Тоже вздохнув, я сажусь за стол. Дина садится напротив.

– Вот и славно, – объявляет Стив. Встряхнув салфетку, он кладет ее себе на колени. – Вот черт! Я забыл свой стакан на кофейном столике. Дина, будь добра, принеси его.

Она тут же встает, берет стакан и приносит его Стиву.

Тот целует ее в щеку.

– Спасибо, дорогая.

– Не за что. – Она садится на стул.

Я опускаю глаза в тарелку, чтобы никто не заметил мое удивление. Эта Дина совершенно отличается от той, которую я знала. Черт, эта Дина совсем непохожа на ту, которая только что звала меня за стол.

До этого мы с ней встречались лишь дважды, и оба раза нельзя назвать приятными. На оглашении завещания она вела себя откровенно агрессивно. А потом, в доме Каллума, я видела, как она занималась сексом с Гидеоном в гостевой уборной.

Сегодня Дина ведет себя тихо, даже скромно, и это вызывает ассоциации со змеей, которая, свернувшись калачиком, прячется под большой корягой.

Ничего не подозревающий Стив делает глоток.

– Теплое.

Повисает тишина. Я поднимаю глаза и вижу, как Стив выразительно смотрит на Дину.

Она натянуто улыбается.

– Давай принесу тебе льда.

– Спасибо, милая. – Он поворачивается ко мне. – Может, хочешь воды?

Из-за их с Диной странного поведения я совсем забываю про свой бойкот.

– Не откажусь.

Но, вместо того чтобы налить мне воды самому, он кричит в сторону кухонной зоны.

– Дина, принеси Элле стакан воды!

Затем он начинает резать свой стейк.

– Сегодня утром я звонил в офис окружного прокурора. Скоро мы сможем вернуться в наш пентхаус. От этого всем будет лучше.

А я уверена, что от этого не будет лучше никому.

Дина возвращается с двумя стаканами: в одном – лед, в другом – вода. Она ставит стакан с водой передо мной с такой силой, что жидкость переливается через край на мой рукав.

– Ой, прости, принцесса, – сладким голосом говорит Дина.

Стив хмурится.

– Ничего страшного, – бормочу я.

Стив кидает в свой стакан пару кубиков льда, размешивает их и снова делает глоток.

Дина едва успевает поднять вилку, как он морщится.

– Слишком много воды.

Она сжимает вилку так, что белеют костяшки. Я уже начинаю волноваться, не воткнет ли она ее в Стива, но Дина нарочито медленно откладывает прибор в сторону. Натянув на лицо улыбку, она поднимается из-за стола в третий раз и идет к бару, где выставленные в ряд большие бутылки напоминают солдат на построении.

Такими темпами скоро и я не откажусь выпить из какой-нибудь.

– Элла, сегодня я разговаривал с твоим директором, – говорит мне Стив.

Я отвожу взгляд от одеревеневшей спины Дины.

– Зачем?

– Просто хотел узнать про твои успехи в Астор-Парке. Берингер сказал мне, что, кроме учебы, ты больше ничем не занимаешься. – Стив склоняет голову набок. – Ты как-то говорила, что тебе нравится танцевать. Так почему ты не в школьной команде по танцам?

– Да я… все время работала.

Мне не хочется рассказывать ему о нашей с Джордан вражде. Она кажется такой глупой, если проговорить вслух.

– Может, тогда попробуешь себя в школьной газете?

Я стараюсь не скорчить гримасу. Журналистика кажется мне еще более мучительным делом, чем сидеть сейчас с ними за ужином. А вообще нет. Здесь мне так некомфортно, что я даже предпочла бы сцепиться с Джордан Каррингтон, да и школьная газета показалась бы приятным развлечением.

– А чем занимался ты? – спрашиваю я с вызовом.