Ланч с Валери проходит весело, но я хочу уйти пораньше, потому что голова по-прежнему болит так, словно в нее втыкают ржавые ножи. Вэл смеется и говорит, что чем сильнее похмелье, тем круче была вечеринка, и я позволяю ей поверить в ту же ложь, что мы скормили Каллуму: я слишком много выпила и теперь расплачиваюсь за это.

Не знаю почему, но мне не хочется рассказывать ей про Дэниела. Вэл моя подруга, и она будет первой в очереди, чтобы растерзать его за то, что он сделал со мной. Но что-то удерживает меня от того, чтобы довериться ей. Может быть, мне просто стыдно.

Но я не должна чувствовать стыд. Не должна. Я не сделала ничего плохого, и если бы был хоть крохотный намек на то, что Дэниел окажется таким мерзавцем, я ни за что не пошла бы с ним в домик для бассейна. Нет, ни за что на свете.

Но каждый раз, когда я начинаю думать о прошлой ночи, перед глазами тут же встает картинка, как я сдираю с себя одежду и шепчу имя Рида, в то время как грязные ручонки Дэниела шарят по моему телу. И стоит только представить это, как меня переполняет чувство стыда.

И я даже не могу отвлечься и подумать о том, что произошло потом — о хорошей части, когда я шептала имя Рид по совершенно другой причине. Я не могу думать об этом, потому что мне сразу становится грустно. Прошлой ночью Рид хотел меня и охотно отдавал всего себя, но сегодня он все забрал.

Валери довозит меня на машине их экономки до особняка, и мы расстаемся. За обедом она сказала мне, что ее бойфренд приезжает на следующие выходные, и мне не терпится познакомиться с этим парнем. Она столько рассказывала мне о Тэме, что у меня такое ощущение, будто я давно его знаю.

После обеда погода стоит замечательная, так что я решаю переодеться в купальник и немного полежать у бассейна. Возможно, солнечный свет поможет мне снова почувствовать себя человеком. Я беру книгу и устраиваюсь на шезлонге, но мое одиночество длится не более двадцати минут — его нарушает Гидеон в купальных плавках.

Из всех братьев Ройалов Гидеон, наверное, самый стройный. У него фигура пловца, и Истон как-то рассказал мне, что Гид получил полную стипендию в колледже благодаря плаванию. Близнецы настаивают, что он выиграет золото на следующих летних Олимпийских играх, но хорошо, что сейчас здесь нет никого из Олимпийского комитета, потому что его кандидатуру сразу бы отклонили. Его непривычно медленный ритм и нечеткие движения руками вызывают у меня тревогу.

Но возможно, мне не о чем волноваться. Ведь я всего-то раз видела, как он плавает. Может, сегодня парень просто решил не особо усердствовать.

Проходит час, и Гидеон, вылезая из бассейна, окликает меня.

— Да?

Он подходит ко мне, вода стекает с него на пол террасы.

— Сегодня на пляже будет вечеринка. В особняке Уортингтона. — Парень вытирает грудь полотенцем. — Я хочу, чтобы ты осталась дома.

Я выгибаю бровь.

— Теперь ты тоже будешь контролировать мою социальную жизнь?

— Сегодня вечером — да. — Его тон не допускает никаких возражений. — Я серьезно. Держись подальше от этой вечеринки.

После прошлой ночи у меня у самой нет ни малейшего желания вообще появляться на вечеринках, но я так и не привыкла к тому, когда мне указывают, что делать.

— Может быть.

— Никаких «может быть». Ты никуда не пойдешь.

Гидеон исчезает в доме, но не проходит и пяти минут, как над моим шезлонгом нависает Истон.

— У Брента Уортингтона…

— Вечеринка, — заканчиваю я за него. — Да, я уже в курсе.

Он потирает рукой щетину.

— Ты не пойдешь.

— Вижу, вы с Гидеоном уже пообщались.

Судя по его лицу, так оно и есть, но Истон решает применить другую тактику и улыбается мне своей ослепительной мальчишеской улыбкой.

— Слушай, сестренка, что тебе там делать? Отдохни сегодня, расслабься, посмотри какую-нибудь мыльную оперу…

— Мыльную оперу? Я что, пятидесятилетняя домохозяйка?

Он фыркает.

— Ладно, тогда посмотри порнушку. Но сегодня ты с нами не пойдешь.

— С нами? — эхом повторяю я. — Рид тоже идет?

Истон пожимает плечами, а его попытки не встречаться со мной взглядом настораживают меня. Что, черт возьми, они задумали? Внутри нарастает паника. Дэниел тоже там будет? Поэтому они не хотят, чтобы я пошла?

Но я не успеваю задать ни одного вопроса, потому что Истона уже и след простыл. Вздохнув, я поднимаю книгу и пытаюсь сосредоточиться на главе, которую читаю. Но все бесполезно, меня терзают сомнения.

— Привет.

Я поднимаю глаза и вижу приближающегося Рида. Впервые за сегодняшний день он смотрит прямо мне в глаза.

Его мускулистое тело опускается на стоящий рядом шезлонг.

— Как ты себя чувствуешь?

Я откладываю книгу.

— Лучше. Голова больше не болит, но слабость еще ощущается.

Он кивает.

— Ты должна поесть.

— Я поела.

— Тогда поешь еще.

— Поверь мне, я готова лопнуть. — Мои губы растягиваются в улыбке. — За обедом Валери засунула в меня безумное количество креветок и крабовых ножек.

Его губы дергаются.