Мне хотелось разреветься. От усталости, от обиды, но больше всего от злости на саму себя. Снова и снова я ругала себя за те же самые ошибки прошлого, но все еще здесь, словно в замкнутом круге, который смыкался каждый раз, когда я решалась сбежать из него. Я клялась, что прежней Селены больше нет, думала, она усвоила урок, но вот она снова отдает другому человеку главную роль в своей жизни, предав саму себя. Я сделала Диего центром собственной вселенной, хотя обещала ставить себя на первое место. Но посмотрите, где я снова оказалась.

«Уходи!» – кричал внутренний голос. Мне бы стоило прислушаться, но я не делала этого, потому что, несмотря на гнев внутри Диего, в нем все еще жив тот мальчик, который просит меня остаться и помочь ему. И это убивало меня.

Запрокинув голову к потолку в попытке прогнать ненавистные слезы, я закрыла глаза, переполненные болью. Но это не помогало, и, обреченно склонив голову к груди, я наконец поддалась тихому рыданию, которое вырвалось наружу.

В этот момент в дверях кухни появился Диего, облокотившийся на один костыль. Он пристально смотрел на меня и тяжело дышал.

– И это все? Ты просто взяла и ушла?

Сквозь пелену слез я в замешательстве смотрела на него. Он злился на меня из-за того, что я ушла? Серьезно?

– Разве не этого ты хотел с самого начала? – устало просила я, откуда-то найдя в себе силы.

Диего нахмурился, будто мой вопрос сбил его с толку.

– С тех пор, как я переступила порог этого дома, ты только и делаешь, что пытаешься прогнать меня. – Я поправляю челку, заправляя ее за ухо, пытаясь найти хоть какое-то занятие для своих рук. – Диего… я так запуталась, так устала, что уже не знаю, что мне делать дальше, понимаешь? Ты сердился на меня за то, что я была с дедушкой в последние дни его жизни, когда ты не смог быть рядом. Потом ты рассердился, когда я ушла от тебя пять лет назад, увидев тебя в объятиях другой девушки. В тот день, когда мы встретились снова спустя столько времени, ты злился, что я вернулась в твою жизнь. Затем ты разгневался, решив, что я предала твое доверие и тебя самого. А сейчас ты сердишься лишь потому, что я просто хочу быть рядом и помочь тебе. Но дело ведь не только в этом…

Сердце бешено стучало в груди, когда я на него смотрела. Гнев, отраженный на его лице, пробуждал во мне целую бурю эмоций. Страх, обида и непонимание перемешались внутри, словно густой туман, окутавший мое сознание. Это ощущение напоминало чувства маленького ребенка, которого наказали за проступок. Но где-то глубоко внутри я осознавала, что корень его гнева крылся в желании защитить свою гордость.

Диего всегда был человеком, который привык решать все проблемы сам, и моя, возможно, слишком навязчивая забота казалась ему попыткой отобрать эту независимость. Но на самом деле мои намерения были совсем иными. Я просто любила его, и мне невыносимо было видеть, насколько подавленным, растерянным и виноватым он себя чувствует. Хотелось хотя бы немного облегчить его боль и просто быть рядом.

Вдохнув поглубже и стараясь собрать разрозненные мысли в одно целое, заглушить внутренний голос сомнения, я подошла ближе и нежно взяла его лицо в свои ладони.

– Я знаю, тебе больно. – Мягко касаясь его щек большими пальцами, я заглянула ему прямо в его глаза, почти шепотом произнося слова у самых его губ. – Ты злишься, расстроен и боишься, но мне тоже страшно. И мне больно видеть, как ты пытаешься справиться со всем этим в одиночку. – Слезы катились по моим щекам, и я не старалась их вытирать. – Но так было в прошлом. Теперь ты больше не один, Диего. Я люблю тебя, и я здесь, рядом с тобой. В светлые дни и темные ночи. Всегда. Просто позволь мне быть рядом. Позволь мне стать твоим утешением. Пожалуйста, детка.

Солоноватый привкус слез остался на моих губах, когда я смотрела на Диего. Его глаза были полны той же боли, что и мои, и это подталкивало меня продолжить.

– Мы справимся со всем вместе. Обещаю. Просто дай мне возможность помочь тебе.

Поднявшись на цыпочки, я осторожно прикоснулась своими губами к его. Они мягкие, влажные, на вкус точно такие же, как и мои слезы.

Я замерла, задержав дыхание, ожидая его реакции. Проходили секунды, но Диего оставался неподвижным. Мои губы оставались сомкнутыми, когда он сощурил глаза, и его руки продолжали висеть вдоль тела. Я ждала, когда он ответит на этот поцелуй, возьмет инициативу в свои руки, крепко обнимет меня и поцелует так, как умел целовать только он – будто целуя само мое сердце.

Но вместо этого он вонзил последний кинжал в мое сердце, не оставив ни малейшего шанса на исцеление.

– Думаю, тебе стоит уйти.

Слова застряли у меня в горле, в висках пульсировало, комната вокруг закружилась. Это не могло быть правдой, это просто шутка, верно? Но выражение его лица говорило об обратном.

Диего сделал неуверенный шаг назад, опустив голову и избегая моего взгляда, оставив меня стоять, прикованную к полу и пытающуюся осмыслить услышанное.