— Потому что эльфы находят извращенное удовольствие в захвате наших земель, и когда мир был разделен, часть того, что было нашим, досталось вам, людям. — Она смотрит с отвращением. Но в положительном проявлении своего характера она, кажется, не направляет его на меня. Скорее на обстоятельства... и тех давних эльфов.

— Значит, Дэвиен вырос в мире людей?

— Да. Отрезанный от нашего народа и магии Мидскейпа... он прожил одинокую жизнь в борьбе. Единственное, что его поддерживает, — это обязанность освободить нас от тирании Болтов. Потому что с каждым днем их хватка на этих землях становится все крепче. И если он умрет — если погибнет последний, кто претендует на власть Авинесса — тогда ничто не сможет помешать Болтову окончательно раскрыть всю мощь стеклянной короны. Силла королей больше не будет связана с родословной Авинесса и станет свободной для всех.

ГЛАВА 13

То, что раньше казалось волшебным лесом, теперь превратилось в кладбище с привидениями. После рассказов Шайе мы идем в тишине почти все утро. Каждый забытый дом, оставленный разрушаться и гнить, теперь в моих глазах — надгробие. Каждое дерево — знак павших фейри, зарезанных в своих постелях, чтобы семья Болтов могла править беспрекословно.

Во мне есть глубокая боль, которую я не могу объяснить. Человек. Фейри. Страдания всеобщие. Невозможно смотреть на этот бесплодный пейзаж и не испытывать скорби по поводу ужасов, которые были совершены.

Может быть, именно эти истории и их неудобная правда помогают мне хотя бы отделить то, что произошло с Палачом. Я ведь не собиралась его убивать. Магия действовала сама по себе. Более того, если бы я не лишила его жизни, он наверняка убил бы меня. И.… не похоже, что он был кем-то невиновным в злодеяниях. Может быть, покончив с его жизнью, я спасла другую? Это опасная логика. Но сейчас мне нужно как-то сохранить рассудок.

У меня нет часов в сутках, чтобы посвятить их эмоциональному срыву. Я слишком занята выживанием.

С рассветом маленькие мотыльки поднимаются со мха и снова начинают танцевать среди деревьев. Они освещают воздух, жужжа вокруг меня с радостью, которая теперь приглушена правдой. Интересно, может быть, это духи убитых фейри? Но это любопытство, которому я не буду потакать.

В течение дня мы двигаемся без происшествий. Все остаются начеку, сканируя линию горизонта во всех точках. Джайлс и Шайе обшаривают лес вокруг нас, оставаясь в пределах видимости, но достаточно далеко, чтобы видеть дальние деревья и заглядывать за хребты, которые могут оказаться слишком высокими для остальных.

Хол, Орен, Дэвиен и я остались в стае. Орен и Дэвиен впереди, Хол и я позади. Хотя разговоров не так много.

Как и обещал Дэвиен, мы весь день идем по лесу. К вечеру у меня практически сводит живот, а ноги болят. Не имеет значения, насколько мягкий мох, хорошая пары обуви сделала бы все возможное для моих пульсирующих ног.

— Мы должны прерваться на ужин, — говорит Хол, достаточно громко, чтобы привлечь внимание Дэвиена и Орена.

— Нам нужно двигаться дальше. — В противовес его словам, Дэвиен останавливается. — Мы не можем отдыхать, пока не окажемся на территории Аколита.

— Я не говорю отдыхать. Я говорю остановиться, чтобы поесть. — Хол оглядывается в мою сторону, а затем возвращается к Дэвиену с укоризненным взглядом. — Просто небольшой перерыв.

Взгляд Дэвиена останавливается на мне. Я поджимаю губы, чувствуя, как он оценивает меня от макушки до подошв ног. Слова Шайе не дают мне покоя, и я стараюсь держать голову высоко, хотя знаю, что в данный момент обладаю достоинством растрепанного енота.

— Тебе нужно остановиться? — спрашивает он меня.

— Я могу продолжать идти, — заставляю я себя сказать, хотя все, чего я хочу, это крикнуть, Пять минут, пожалуйста! Я не собираюсь их тормозить. И чем быстрее я помогу ему вытащить из меня эту магию, тем быстрее я смогу вернуться домой и выбраться из этой смертельной ситуации, в которой я никогда не должна была оказаться.

— Хорошо, тогда мы продолжаем.

— Дэвиен...

— Твой истинный король заговорил. — Дэвиен прервал Хола взглядом. — Если мы продолжим идти, мы должны пересечь Хрустальную реку к рассвету.

— Очень хорошо. — Хол складывает руки.

— Сир, истинный король, разрешите говорить свободно? — Шайе примостилась на вершине скалы, мимо которой мы проходили. Она была достаточно близко, чтобы подслушать весь разговор.

— Разрешаю, — рычит он.

— Ты ведешь себя как осел. — Шайе ухмыляется. — Это все.

Дэвиен надувается и поворачивается к нам спиной, уходя. Мне кажется, я вижу, как Орен слегка усмехается. В комментарии Шайе не было никакого дыма... а значит, она сказала правду о том, что он осел, по крайней мере, в ее понимании. Я сдерживаю смешок.

Но несколько часов спустя у меня нет сил даже на игривые забавы. Правая нога. Левая нога. Это все, на что у меня хватает сил.