Помещение огромное, с высоким сводчатым потолком, который поддерживают колонны в форме высеченных из камня мечей. Люстры, собранные из изогнутого оружия, держат кюветы с белоснежным пламенем. Свет вытягивает длинные тени от чёрно-белой мебели. Вместо тяжёлых штор окна обрамляют многослойные ткани из тончайшего шифона. Их рваные края колышутся от малейшего сквозняка, и кажется, что стены дышат — словно сама комната жива.

В центре стоит круглый стол из дерева, покрытого такой тёмной морилкой, что оно почти чёрное. Его поверхность отполирована до зеркального блеска — и мне кажется, я вижу в ней отражения студентов прошлых лет, склонённых над книгами и картами. В глубине, за столом, расположены три тренировочных круга. Книжные стеллажи создают уютные уголки с креслами.

Это не просто гостиная — это святилище всего, что Дом Мечей чтит превыше всего: знаний, действия, силы и решимости.

— Клара, Алор, пойдёмте со мной. — Эмилия ведёт нас по короткому коридору, отходящему от зала. Помещение устроено, как колесо, и каждый коридор — это спица. В конце каждого — по две двери. — Вы уже жили вместе, проблем быть не должно. Если что-то понадобится — обращайтесь ко мне или к другим членам Дома.

— Вы знали, что я окажусь здесь? — спрашиваю я.

— Ректор попросил подготовить для тебя комнату, — кивает Эмилия. — Но я бы настояла сама. Теперь ты часть этого Дома. Твоё место должно быть здесь, в академической семье.

Я одновременно чувствую себя принятой… и потерянной. Последняя, от кого я ожидала тепла, — это Эмилия. Но именно она только что убила ради меня человека.

В то время как тот, кто начинал олицетворять для меня безопасность, место в Академии, словно оттолкнул меня прочь.

— Спасибо, — тепло говорит Алор.

Эмилия уже собирается уйти, но вдруг останавливается. Подходит к младшей сестре и кладёт ладонь ей на плечо.

— Ты хорошо справилась. — На её губах мелькает редкая улыбка. — Отец будет гордиться.

Алор замирает в сиянии её похвалы, купаясь в том самом свете, который я знаю слишком хорошо. «Я горжусь тобой» — четыре самых сладких слова, что могла сказать мне мать или Арина. И те слова, что я сама повторяла Арине при каждом удобном случае. Моя грудь ноет так, будто на неё обрушилось тысяча камней. Боль от одной только мысли о ней ещё долгие годы не станет тише.

— Тебе идёт это место, — оценивающе произносит Алор, возвращая меня в реальность. Горе — спутник постоянный. Но зацикливаться на нём — бесполезно.

— И тебе, — заставляю себя ответить, отгоняя мысли о сестре.

Она вскидывает брови и улыбается своей фирменной самодовольной усмешкой.

— Ещё бы.

Я выдыхаю сквозь нос — почти смех.

— Кстати, я продолжаю копать. За каникулы удалось найти несколько зацепок, но пока ничего серьёзного.

— Правда?

— Скорее, наоборот — отсутствие зацепок. Информации должно быть больше, чем я нашла. Такое впечатление, будто кто-то специально подчистил все записи.

Ощущение мне слишком знакомое. Но мысль уводит меня ещё дальше — к другим «дырам» в записях. Всё может быть связано. Корона контролирует шахты, перерабатывающие дома, места сбора. Я всегда подозревала их в смерти матери…

— Могу я попросить тебя поискать кое-кого ещё?

— Нуждаешься во мне, да? — Алор фыркает, но по её тону ясно: она готова слушать.

— Лейлис Дейгар. — Дейгар — фамилия, под которой мать жила и умерла в Провале. В записях её никогда не укажут как Шевальер: она поклялась хранить это в тайне. Имена на имена, вся наша семья — одна сплошная сеть скрытых личин, смысл которой я только начинаю понимать… В нас всегда было больше, чем она показывала.

— Лейлис Дейгар, — повторяет Алор, узнавая имя по рассказам об Арине. — Твоя мать?

Я киваю.

— Она погибла в Провале, и обстоятельства её смерти всегда казались мне подозрительными. Я думаю, может быть, её смерть и смерть Арины связаны.

— Значит, кто-то и правда затаил на тебя злобу, если это так. — Алор скрещивает руки на груди, её острый взгляд не упускает ни малейшей детали. В её глазах — ожидание. Она явно хочет, чтобы я объяснила почему, ведь уже понимает, что права.

Но я не собираюсь говорить больше, чем:

— Похоже, так.

— Ладно. Если я наткнусь на что-то связанное с этой Лейлис, тоже отмечу. Так что не забывай, насколько я добрая.

— Я непременно отплачу за услугу. — И я говорю это серьёзно.

— А теперь извини, я собираюсь насладиться своей комнатой… без твоего храпа. — Она открывает дверь, и я краем глаза замечаю уютное убежище, которое ждёт её.

— Я не храплю. — Храплю?

— Ну да, конечно. — Алор скрывается за дверью своей комнаты, и я делаю то же самое.

Моя комната выдержана в тех же тонах, что и общая гостиная, и обставлена почти так же, как и первая комната в общежитии… только теперь тут одна кровать, один стол и шкаф. Разумеется, первым делом я заглядываю в гардероб. Он доверху набит моей одеждой.