Не знаю, поступал ли я так, потому что хотел подтвердить правдивость нашей связи или же причина была в жалобах Морины на то, что в пентхаусе она чувствовала себя одиноко.

Лежа на диване, я проверял телефон, пока эта женщина неторопливо шла по коридору. В разделе новостей шоу-бизнеса не раз писали о том, что видели, как мы с Мориной вместе выходим из этого здания, и повсюду упоминали о поездке в парк развлечений.

Проходя мимо, она проворчала что-то о том, что целый день спала, мятая ночная рубашка доходила ей до середины бедра. Она выглядела неопрятно, но по-домашнему, словно и правда жила здесь.

– Похоже, люди узнали, что мы встречаемся. – Я поднял телефон.

Она взглянула на экран.

– Удивительно, что они не использовали фото того нашего поцелуя в парке.

Я не стал комментировать ее слова. То фото не предназначалось для всего мира.

Они опубликовали фотографии, на которых мы держались за руки, а она смотрела мне в глаза. И все они казались личными.

– Классная работа, благодаря этим снимкам и правда кажется, что мы влюблены. – Она усмехнулась, указав пальцем на один из них. – Ну кроме вот этого. – Рассмеявшись, она села рядом, и я понял, что теперь, когда я бывал дома, она чувствовала себя спокойнее. – Похоже, тут меня собираются отчитать. – Она понизила голос, чтобы говорить как ведущий новостей. – Бастиан Арманелли и Заурядная Мо уже поссорились.

Пока она смеялась, я проверил, что это за издание.

– Гораздо лучше звучало бы, если бы они написали: «Папа Бастиан ставит малышку Мо на место». И, о боже, они что, пытаются угадать мой вес? Моя задница весит гораздо больше.

С моих губ сорвался смешок, и напряжение в шее ослабло. Морине и правда не было дела до прессы. От такой беспечности мне захотелось схватить ее и как следует размять вышеупомянутую задницу.

Мне не следовало желать ее, но я мог шутить.

– Если бы они только знали, какая большая у тебя задница.

Загорелую кожу тут же покрыл румянец, Морина облизнула губы, словно, предложи я что-то, она бы согласилась. Когда она чуть повернулась, моя рука коснулась ее бедра, будто действуя сама по себе. Морина уронила телефон на стол.

– Бастиан…

Услышав, как она простонала мое имя, я убрал руку. Мы обсуждали мою мать, а я помнил, что именно ее влюблённость в отца стала причиной потери страсти к жизни.

Морина казалась такой же, если не более яркой и темпераментной особой. Она была молода и полна жизни, а из-за меня оказалась связана с бесчестной семьей, репутацию которой я пытался исправить.

– Прости, – я покачал головой. – Извини, ragazza, но пора спать.

– А я-то думала, ты намного старше меня. – Она ухмыльнулась, явно подначивая меня и побуждая к тому, чтобы я перегнул ее через колено.

Я вздохнул, готовый вот-вот сорваться.

– Тащи задницу в свою спальню, женщина.

Идя по коридору, она смеялась так, словно все это была не более чем шутка. Возможно, для нее все обстояло именно так.

В моем же случае необходимо было мыслить разумно и удостовериться, что она передаст мне акции. Тогда удастся обелить репутацию семьи и использовать чистые виды энергии. Несмотря на желание, которое я испытывал по отношению к ней, надо было найти другой выход. И дело не только в ее теле. Я понял, что с каждым днем Морина нравилась мне все больше и больше. А значит, надо быть на чеку.

Я лег спать расстроенный, продолжая думать о ее заднице.

А когда проснулся, едва сдержался, чтобы не постучать в ее дверь и не уточнить, не хочет ли она помочь мне избавиться от дурного настроения.

Вместо этого я сварил кофе и прочитал газету. Полил ее растения и проверил чертову орхидею, которая снова не желала цвести. Наверняка на этот счет существовало какое-то решение.

Морина вышла из своей спальни и проворчав, что ей нужна вода, побрела по коридору в сторону кухни. Тогда я повернулся и начал наполнять для нее стакан.

– Нет, нет. – Она не стала пить. – Мне нужен серфинг, он помогает проснуться. Я говорила тебе недавно. – За те несколько дней, что прошли с тех пор, как Айви с Кейдом уехали, мы успели немного пообщаться. В основном я сидел за компьютером, а она возилась с телефоном или бродила по пентхаусу.

Вчера она повесила картину с изображением Будды. Когда я поинтересовался, исповедует ли она буддизм, то в ответ услышал смех и отрицательный ответ. Когда я уточнил, зачем тогда она здесь висит, Морина сказала, что увидела, что картину продавали со скидкой, и она решила, что Будда милый.

В этом была вся Морина. Свободолюбивая одиночка, привыкшая потакать всем своим инстинктам и чувствам.

– Напомни, зачем тебе кататься на доске утром?

– Потому что в противном случае я весь день буду такой, – ехидно сказала она.

Девушка с нездоровым энтузиазмом отдавалась каждой возникающей в ней эмоции. В данный момент она была недовольна собой и хаотично расчесывала пальцами спутанные волосы.