На самом деле все декорации казались довольно фальшивыми, но декораторы предусмотрели неожиданно много деталей, вероятнее всего, больше, чем в других парках. И кто я такой, чтобы портить ей веселье? Морина подпрыгивала рядом со мной, наши плечи соприкасались, и я положил руку на спинку ее сиденья.

Для присутствующих мы походили на настоящую пару, но никто не смотрел на нас. Люди наблюдали за разноцветными движущимися существами, а если кто-то и переводил взгляд на нас, они попадали в плен этих красивых голубых глаз.

Потом лодка накренилась назад, днище зацепилось за трап, который медленно поднимал нас все выше и выше.

– Как-то слишком высоко! – взвизгнула Морина и посмотрела на меня, на ее лице отразился страх. – Нас наверняка сфотографируют… Я просто… думаю, прислонюсь к тебе.

Когда я взглянул на ее побледневшее лицо и понял, что ради того, чтобы взять на себя ответственность, она отказалась от привычного свободолюбия, мне захотеть вернуть эти эмоции. Или просто снова пережить их месте с ней.

Поэтому я сжал ее подбородок и прошептал.

– Морина, улыбайся, нас фотографируют.

– Бастиан, – так же шепотом ответила она, словно поняла, что сейчас случится, будто была в силах остановить это.

Наклонившись, я коснулся ее губ. Настроение Морины передавалось и мне.

Поцеловав эти мягкие губы, я вспомнил, как хорошо нам было вместе. Провел пальцем по ее шее, на что она вздрогнула и прикусила мою губу в тот самый момент, когда лодка перевернулась. Тогда Морина ахнула, и я притянул ее ближе, пользуясь возникшей возможностью.

Она была для меня сродни наркотику.

И, пока мы все не испортили, мне нужно было срочно прийти в себя.

Бастиан целовал меня так, словно все вокруг, и я в том числе, принадлежало ему.

Я предпочитала плыть по течению. Старалась не слишком возмущаться и не поддаваться чувствам. Так было проще.

И все же Бастиан заметил мое оживление, а затем вторгся в мой пузырь, вызвав у меня эмоции совершенно другого уровня.

Я падала с высоты пятнадцати метров, а меня целовал один из самых влиятельных, и в то же время опасных бизнесменов штата.

Приземлившись в воду, я даже не почувствовала холод.

Потому что потерялась в ощущении его настойчивых губ и том, как его руки скользили вниз по моей шее, а потом он сжал ее, словно имел на это право.

Мое сердце стучало как безумное, а когда я осознала, что на ближайшие полгода он станет моим фиктивным мужем, мне стало еще хуже.

Я поняла, что мне не удастся в полной мере насладиться его ртом, а его руки не смогут подарить мне удовольствие. Он умел проявлять силу, но при этом, касаясь подушечками пальцев ключицы, действовал крайне нежно.

Застонав, я подвинулась, желая оказаться к нему еще ближе. Нас уже не фотографировали, но мной овладела жажда, так что я запустила руки ему в волосы и продолжала брать то, что на самом деле не принадлежало мне.

Когда песни стихли, и мы выплыли из пещеры на солнечный свет, Бастиан отстранился.

Я убрала руки и отвернулась, прикрывая рот рукой.

– Прости. – Я зашла слишком далеко, прикусила его губу и практически пыталась залезть на него, несмотря на преграду из ограждения.

Когда лодка остановилась, я выскочила из нее так, словно она была объята огнем.

Даже не обернувшись к Бастиану, я поспешила к выходу. Впрочем, я все равно понимала, что нам не удастся так легко забыть о случившемся и избежать обсуждения этой темы. Когда мы пробирались через ограждения на выходе, на больших экранах наверху появилась наша фотография, сделанная во время падения.

– Похоже, мы не растерялись и правильно воспользовались моментом, да? – Бастиан указал на экран.

Его рука лежала на моей шее, а моя запуталась в его волосах. Мы казались по-настоящему влюбленными. Мне стало не по себе от этой мысли. Я взглянула на Бастиана. Судя по напряженной челюсти, хмурому взгляду и поджатым губам, его явно не обрадовало увиденное.

– Позади нас несколько человек, которые, скорее всего, купят эту фотографию.

– Неужели в качестве доказательства того, что мы вместе?

Абсурд.

– Верно. – Он кивнул. – Хочешь, повесим такую в пентхаусе? Например, на холодильник, чтобы ее видели наши гости?

Я прикусила губу. Для меня эта фотография являлась не символом шоу, она значила больше, и я сомневалась, что у меня хватит сил часто смотреть на нее.

– Если она не нужна тебе, то и мне тоже.

Он привычно хмыкнул, а потом засунул руки в карманы и качнулся на каблуках.

– Может, зайдешь в сувенирный и купишь что-нибудь для Айви? Наверняка она захочет перекусить и попросит игрушку. А я пока пойду переговорю с фотографом и удостоверюсь, что наша фотография еще повисит на экране.

Я кивнула и восприняла его отступление как знак того, что ему необходимо немного побыть одному. Вполне справедливо, ведь я едва не растерзала его.