— Мой… — я прочищаю горло. — Джимми? Откуда нам знать, что он не обманет нас снова?

Я получила так много информации за такое короткое время. Мне нужно расставить приоритеты и понять, что представляет для меня наибольшую угрозу. Он в самом начале списка.

Их перепалка прекращается, и они все поворачиваются, чтобы посмотреть на меня.

— Тебе не нужно беспокоиться об этом, — уверяет меня Лука.

— Он убил его, — отвечает моя мать.

— Что? — я перевожу взгляд с широко раскрытых глаз на Луку.

Его челюсть сжимается, когда он смотрит на мою маму.

— Я больше не буду ей врать, — она смотрит на него в ответ. — Или скрывать что-либо от неё. Он мертв. Конец.

— Я… он сделал тебе больно? — Спрашиваю я Луку.

Он подходит ко мне и берет мои руки в свои.

— Нет. Он собирался сидеть сложа руки и позволить разрушить твою жизнь из-за грёбаных денег в его кармане. Он заслуживал смерти.

— Так что… — нервно сглатываю и вынимаю заколку из мокрых волос. Они рассыпаются по моим плечам, мгновенно пропитывая рубашку, которая на мне надета. — Что нам делать? — спрашиваю, пытаясь сообразить, как я собираюсь использовать всю эту информацию.

Человек, которого я всю жизнь называла своим отцом, мёртв. Моего биологического отца невозможно победить, иначе он был бы тоже мёртв. Я не уверена, что это может хорошо закончиться для любого из нас.

— Мы едем в «Kingdom». Собирай вещи, — приказывает Лука.

— Уже почти два часа ночи, — говорю я, удивляясь, какого чёрта мы туда едем.

Лука

Сняв пиджак, я вешаю его на спинку стула в нашем номере на тридцатом этаже отеля «Kingdom». Её мама подходит к раздвижной стеклянной двери, открывает её и выходит на улицу подышать свежим воздухом. Хейвен следует за ней.

Я поворачиваюсь к Боунсу и Титану.

— Спасибо.

Боунс кивает.

— Ты знаешь, что тебе здесь рады в любое время.

Титан скрещивает руки на груди и меняет позу, расставляя ноги шире.

— У входа в твой номер стоят два охранника, а на крыше — снайперы…

— Зачем нам нужны снайперы? — спрашивает Хейвен, возвращаясь в номер.

— Безопасность, — отвечаю я.

— Лука. Что ты мне не договариваешь? — она оглядывает комнату. — Почему мы здесь, а не дома?

Я хочу порадоваться, что она назвала мой дом нашим домом, но у меня нет времени. Я провожу рукой по волосам.

— Он не собирается оставлять тебя в живых.

Её глаза расширяются.

— Росси планирует избавиться на церемонии не только от меня и Королей.

— Что? Нет. Он сказал мне…

— Он солгал, — перебиваю я её. — Ты думаешь, он защитил бы тебя? Ты никогда не была ему нужна. Он ненавидит нас, — я тычу пальцем себе в грудь. — Ты выходишь замуж за врага. Ты либо умрешь как побочный ущерб, либо будешь убита намеренно. Я не собираюсь рисковать. Здесь защита лучше. Численность больше. К тому же Росси и близко не подойдет к Королевству. Возможно, он и хочет смерти Темных Королей, но он не стал бы делать этого на их территории. Он слишком труслив. Он знает, что здесь он в меньшинстве. Мы только что уничтожили больше его людей, так что ему придется перегруппироваться и придумать новый план. А мы уже приступаем к выполнению своего.

Хейвен склоняет голову, проводя рукой по волосам.

— Что, если…? — она задумчиво прикусывает губу. — Что, если мы поженимся сейчас? Пойти в здание суда и покончить с этим, как только оно откроется? Это что-нибудь изменит? Разве не существует какого-то неписаного правила, запрещающего преследовать жену мафиози?

На это она закатывает сонные глаза.

Её мать заходит в комнату, и пять пар глаз уставляются на неё.

— Что? — спрашивает Хейвен, оглядывая всех нас.

Я делаю шаг вперед.

— Мы уже расписаны.

— Лука, сейчас не время… — она замолкает, и её глаза расширяются. — Что? — шепчет она. Понимание отражается на её лице, и она кладет руку на голову. — Контракт… это было разрешение на брак? — она прищуривается, глядя на меня. — Я ничего не подписывала.

Я делаю ещё один шаг.

— На нем стоит твое имя. Подписала ли ты его, не имеет значения.

На бумаге она моя жена.

Она склоняет голову набок, в её глазах появляются слёзы.

— Ты обманул меня.

Я молчу.

Она оглядывает комнату.

— И вы все знали.

И снова никто не произносит ни слова, потому что все знали. Даже её мать.

— Мама? — она поворачивается к ней лицом. — Ты знала об этом?

Она тихо кивает.

— Я должна была…

— Как ты могла? — её голос срывается.

— Я говорила тебе в клубе. Тебе нужно было стать Бьянки…

— Нет, — перебивает она её. — Ты могла бы сказать мне. Ты могла бы…