— Он относился ко мне так, как должен был относиться мой муж, и я влюбилась.

На балконе воцаряется тишина. Я снова смотрю на Луку, он поворачивается к нам спиной и смотрит на Лас-Вегас, но то, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в перила, говорит о том, что он зол. Найт стоит в углу, скрестив руки на груди, и молча слушает нас.

Я ерзаю на стуле и оглядываюсь на маму.

— Я не понимаю.

— Я открылась ему, и он позволил мне выплакаться у него на плече. Я обнаружила, что возвращаюсь в тот бар вечер за вечером, просто чтобы увидеть его. Я просто хотела поговорить с ним, но потом одно потянуло за собой другое. Он сказал мне всё, что нужно. Три месяца спустя я узнала, что беременна. Я пошла в его бар и рассказала ему эту новость. Я собиралась родить от него ребенка и хотела уйти от своего никчемного мужа, — она качает головой. — Это всё было ложью.

— Как? — Ложь?

— Это была подстава. Росси сообщил мне, что Джимми знал, что я с ним сплю. Он попросил его обрюхатить меня, чтобы ему не пришлось этого делать.

Я вскакиваю на ноги.

— Что? — кричу я. — Он велел Росси трахнуть тебя? Свою жену?

Я киплю от непонимания. Да, у моих родителей были свои разногласия, но я никогда не видела, чтобы они не любили друг друга. Всё это тоже было ложью? Для меня? Для моего дедушки? Он скончался много лет назад. Зачем продолжать эту уловку, если им больше не нужно было притворяться?

Она поднимает на меня глаза, полные слез.

— Ты должна понять. Твой дедушка давил на него, чтобы он произвел на свет ребенка. Он нуждался во мне…

— Он играл с тобой, — рычу я.

Она склоняет голову и качает ею.

— Я не могу… Я не могу ненавидеть его за то, что он сделал.

— Почему, чёрт возьми, нет? — я срываюсь.

Она поднимает на меня глаза и встает, сжимая ладони, и они дрожат в моих.

— Потому что у меня есть ты, Хейвен. Ты была всем, чего я когда-либо хотела.

Мое сердце бешено колотится от её слов.

— Мы с твоим отцом решили сообщить тебе, что тебя удочерили.

— Документы? У тебя есть документы об удочерении, которые ты хранишь в сейфе. Я их видела.

Она грустно улыбается мне.

— Подделка.

Я отступаю от нее на шаг, и мои руки опускаются по бокам.

— Зачем?

— Твой отец и Росси заключили сделку…

— Джимми мне не отец! — кричу я.

Она обхватывает себя руками.

— Они с Росси разорвали все отношения. Росси заплатил ему наличными, чтобы он притворился, что тебя удочерили, и мы придумали эту историю. Но, пожалуйста, Хейвен… пожалуйста, поверь, что ты всегда была желанной. Мы хотели тебя с того самого момента, как узнали, что я беременна.

Я фыркаю.

— Конечно, он хотел. Он попросил своего друга обрюхатить тебя. Намеренно. Чтобы осчастливить отца, — огрызаюсь я с отвращением, но почему-то не удивляюсь.

— Но Росси не мог остаться в стороне, — наконец говорит Лука.

Моя мать поворачивается к нему и нервно сглатывает.

— Какое-то время так и было. Но… он…

— Он что? — требовательно спрашивает Лука, делая шаг к ней. — Почему он вернулся в её жизнь двадцать четыре года спустя? Я не могу перестать задавать себе этот вопрос. Мы встречались за много лет до нашей помолвки, и это ни для кого не было секретом. Я часто фигурировал в СМИ. И в прошлом появлялись фотографии, на которых я обнимаю Хейвен. Почему его это волнует сейчас?

— Росси позвонил мне пару лет назад. Сказал, что слышал, что она встречается с Бьянки, и попросил меня запретить это. Я солгала, сказав ему, что это безобидно и со временем пройдет. Просто чтобы дать ему время. Но… — она замолкает и смотрит на Найта, который все ещё стоит, как статуя, в углу. — Он хотел увести Луку подальше от тебя.

По её щекам текут слёзы.

— Что он сделал? — требую я ответа и смотрю на Луку. — Я не понимаю… — но один взгляд на него дает мне понять, что он понимает. Идеально.

Лука делает шаг к моей матери, руки сжаты в кулаки, а глаза чернее ночи.

— Он и меня подставил, — рычит он.

Она фыркает.

— Ты должен понять. Я ничего не могла поделать. Они с мужем согласились. У меня не было права голоса.

— Чушь собачья! — огрызается он.

Почему я одна такая потерянная?

— Лука…

— Я должна была обеспечить её безопасность, — причитает моя мать, прерывая меня.

— Я мог бы обеспечить её безопасность! — кричит он. — Ты должна была прийти ко мне. Быть честной.

— Ты в мафии! — кричит она ему в ответ. — Я знаю, на что ты способен. И как сильно ваш отец ненавидел вас обоих вместе.

Она толкает его в грудь, но он не двигается. Новые слёзы текут по её лицу, и она смотрит на Найта.