Лука был прав, когда мы стояли в его ванной в день нашей помолвки.

Он — всё, что у меня есть.

Единственный человек в мире, который, как предполагалось, любил меня, выбросил меня. Когда я росла, мои мама и папа очень открыто рассказывали о том, как они меня удочерили. Они сказали мне, что, если я когда-нибудь захочу найти свою биологическую мать, они мне помогут. Но я не хотела. Если она не хотела меня тогда, то не захотела бы и сейчас. Итак, мы все замяли это дело.

Они всегда говорили мне, что я — чудо Божье. Они годами пытались завести детей, но так и не смогли. У стоящей передо мной женщины, которую я с детства называла мамой, было три выкидыша. И вот однажды моему отцу позвонил его друг и сообщил, что он отвез брошенного ребенка в больницу. Мои родители приехали через три часа с адвокатом. Когда у тебя есть деньги, бюрократическая волокита не такая сложная. На следующий день они забрали меня домой и растили как родную. Они дали мне свою фамилию и прекрасную жизнь.

Согласно закону «Safe Haven»6, можно оставить ребенка в безопасном месте, не опасаясь судебного преследования, в течение тридцати дней после рождения. Вот почему мои родители назвали меня Хейвен7.

Я выросла, слыша «Я люблю тебя» каждую секунду каждого дня. Мои родители осыпали меня поцелуями и объятиями. Но вот к чему это привело.

— Хейвен…

— Зачем ты это сделала? — мой голос дрожит, и я ненавижу, что из-за этого кажется, будто мне не все равно. Я прочищаю горло.

— Это из-за твоего членства в клубе? Из-за дорогих машин? Особняков и яхт? — рассказываю всё, что, по моему мнению, они могут потерять.

— Нет, — отвечает она, но в её голосе слышны нотки отчаяния.

— Это потому, что тебе так сказал папа? — продолжаю пытаться продумать все варианты развития событий.

Он выглядел слишком довольным ситуацией, когда я стояла в его кабинете и он вписывал моё имя в документы. Он не вел себя так, будто Лука покупал меня. Скорее, он предлагал меня. Может, у них с моей матерью был план, о котором Лука не знал.

Она опускает глаза в пол, а я приподнимаю бровь.

— Он не знает.

Лука не очень-то много рассказывал мне об этом, но, с другой стороны, я не была уверена, насколько сильно хочу это знать.

— Ты любишь Луку, — наконец произносит она.

— И эта была причина? — я развожу руки в стороны.

Когда она делает шаг ко мне, я делаю шаг назад, отвечая ей так же.

— Он может дать тебе жизнь, которой у нас никогда не было.

— О чем ты говоришь? — в замешательстве спрашиваю я. — Ты подарила мне прекрасную жизнь.

Они не были слишком привязаны друг к другу, но я никогда не видела, чтобы они ссорились или хотя бы спорили. Я была избалованным богатым ребенком, который ни в чем не нуждался. Даже после окончания средней школы я поступила в колледж. Я бросила выпускной курс после того, как Лука бросил меня, но они так и не заставили меня устроиться на работу. Я выросла не в реальном мире. У меня всегда было полно пластиковых карточек без лимитов. У меня были лучшие друзья, о каких только может мечтать девушка. Что он мог предложить мне такого, чего не могут они?

Её взгляд скользит по комнате, прежде чем она хватает меня за плечо и тащит в соседнюю комнату. Там есть каменная стена, по которой вода каскадами стекает в небольшой бассейн, а рядом стоит черное кожаное массажное кресло. Звук был бы успокаивающим, если бы я не была так зла.

— Послушай, Хейвен, — она облизывает губы, её глаза умоляют меня выслушать её. — Я сделала то, что нужно было сделать. И однажды, когда ты станешь матерью, ты поймешь.

— Мам…

— Тебе нужно было стать Бьянки.

Мое замешательство усиливается вместе с нахмуренными бровями.

— В твоих словах нет никакого смысла.

Она притягивает меня к себе и крепко обнимает. Мои руки остаются опущенными, они кажутся тяжелыми.

— Я люблю тебя, Хейвен. Просто помни об этом. Несмотря ни на что, я люблю тебя, — она отстраняется и смотрит мне в глаза. Её же наполнены слезами. — Ты всегда была предназначена мне в дочери. И я знаю, что, что бы ни случилось, Лука позаботится о тебе, — она протягивает руку и заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос. — Он будет отличным мужем и любящим отцом, — она грустно улыбается мне. — Он может дать тебе то, чего я никогда не смогла бы.

— Мама…

Дверь в комнату распахивается, и входят два моих новых телохранителя.

— Мы нашли её, сэр, — говорит Макс в свой телефон.

— Вы следили за мной?

Моя мама отстраняется от меня и поворачивается к ним лицом как раз в тот момент, когда парень вешает трубку.

— Ты должна пойти с нами, Хейвен, — приказывает он.

Я отступаю на шаг.

— Я никуда с тобой не пойду, — огрызаюсь я. — Я здесь, чтобы увидеть свою мать. Скажите Луке, что я вернусь домой, как только закончу.

Он качает головой.