— Почему вчера вечером ты не воспользовалась телефоном своей сестры, чтобы мне позвонить? Я набирал тебе весь день, — спрашивает он, издав рык.

У меня учащается дыхание, когда я понимаю, что в моем телефоне мог быть его номер.

— Когда я вернулась домой, было уже поздно. Она спала.

Я хмурюсь, недоумевая, почему Уитни лжет. Она вернулась домой только после семи утра. Я уже проснулась и завтракала внизу, когда она вбежала в дом, одетая так, будто только что пришла из клуба, с размазанным макияжем и мокрыми волосами. Мне это показалось странным, но прошлой ночью шел дождь. Около четырех утра я проснулась от грозы.

— Малыш... — я слышу, как смягчается голос Уитни, и представляю, как она обвивает руками его шею. — Прости меня. Позволь мне загладить свою вину.

— И как ты собираешься это сделать?

Его голос тоже понижается, становится более хриплым и сексуальным.

У меня начинает бешено колотиться сердце. Прислушиваясь, я прислоняюсь спиной к стене коридора, стараясь оставаться тихой и незаметной. Дверь Уитни находится справа от меня, она открыта так, что я могу все слышать, но не могу заглянуть внутрь.

— Можешь выбрать.

Я слышу, как они начинают целоваться, а затем двигаются по комнате, после чего следует звук удара кровати о стену, когда Тайсон швыряет на нее Уитни.

— Рот или киска? — тяжело дыша, спрашивает Уитни.

— И то, и другое, — без колебаний отвечает он. — Я буду трахать твою пизду, пока ты не кончишь на мой член, а потом твой рот, чтобы ты вылизала его дочиста.

Вздохнув, я выбираюсь из этого воспоминания. Осторожнее с желаниями, верно? Я была взволнована тем, что номер Тайсона может быть в моем телефоне, а теперь это единственный контакт, который у меня есть. Кладу телефон в карман, оставляя в комнате беспорядок, чтобы пойти узнать, чего хочет Тайсон.

ТАЙСОН

Лэйк входит в мой кабинет, одетая лишь в хлопковые шорты и футболку. Все то же самое, что было на ней несколько минут назад в нашей квартире.

— Ты хотел меня видеть.

Ее язвительный тон говорит о том, что она едва сдерживается, чтобы не закатить глаза.

— Иди сюда.

Встаю и отодвигаю свой стул, давая нам обоим достаточно места, чтобы сделать то, что я запланировал.

Лэйк подходит ко мне, и я хватаю ее за руку, веду вокруг стола и поворачиваю лицом от себя.

— Руки за спину, — приказываю я, и она делает глубокий вдох, опускает голову, но подчиняется.

Я вынимаю ремень из петель джинсов и обматываю им ее запястья. Положив ладонь ей на спину, толкаю ее лицом вниз на край стола. Потом хватаю пальцами ее белые шорты и стягиваю их с ног вместе с черными стрингами.

Открыв ящик стола, я достаю две необходимые мне вещи и открываю крышку лубриканта. Выдавливаю достаточное количество на два пальца и провожу ими по ее киске и попке. Лэйк вздрагивает, и от этого дребезжит стол.

— Не двигайся, — приказываю я, надавливая свободной рукой ей на спину.

— Пожалуйста, Тайсон, — умоляет Лэйк, и я слышу, как у нее учащается дыхание. — Не надо...

— Я не буду трахать ее. Пока что, — сообщаю ей, и Лэйк всхлипывает. — Просто расслабься, и она войдет гораздо легче, чем если ты попытаешься сопротивляться.

— Что войдет? — торопливо спрашивает она.

Я не отвечаю. Вместо этого прижимаю большой палец к ее попке и слышу, как Лэйк начинает плакать. Я наливаю на нее еще смазки, чтобы ее было так много, что смазка стекала бы по ее киске и внутренней поверхности бедер. Затем ввожу в нее палец, чувствуя, как она раскрывается для меня.

— Тайсон, — кричит Лэйк, все еще пытаясь со мной бороться. Сжимает свои связанные руки.

Я вынимаю палец и снова ввожу его в нее, давая ей несколько секунд привыкнуть, а затем ввожу второй.

— Ты напряжена.

Я убираю пальцы и шлепаю Лэйк по заднице с такой силой, что на ней мгновенно остаётся отпечаток руки, и она вскрикивает от удивления.

— Ничего не могу с собой поделать, — скулит она.

— Раздвинь ноги, — приказываю я, желая, чтобы она больше раскрылась для меня.

Когда Лэйк не делает, как ей велено, я оттаскиваю ее от стола, прижав спиной к себе. И, взяв ее за подбородок, шепчу ей на ухо:

— Ты встанешь на колени и прижмешься щекой к полу, подняв вверх задницу. Ты поняла, Лэйк?

Она тихонько плачет, но изо всех сил кивает. Я отпускаю ее, чтобы посмотреть, что Лэйк будет делать, и та отходит к краю стола, медленно встает на дрожащие колени и наклоняется, задрав задницу.

— Раздвинь ноги. Широко раскройся для меня, малышка.