Она становится все более дерзкой. Мне это нравится.

Чуть больше девяти вечера, и я вхожу в дом. В доме тихо, только кошка ест из своей миски на кухне. Она грызет еду и при этом рычит.

Я вхожу в свою спальню как раз в тот момент, когда звонит телефон Шарлотты, который лежит на прикроватной тумбочке и заряжается. Подойдя к нему, я беру его в руки и вижу, что это групповой чат с кем-то из её друзей. Я открываю его и перечитываю.

Отложив её телефон, я иду в ванную посмотреть, не собирается ли она там. Я останавливаюсь в дверях, когда вижу, как она склонилась над столешницей из черного мрамора, нанося красную помаду на свои пухлые губы. Она отстраняется, закрывает крышку и начинает проводить руками по своим длинным локонам.

Она выглядит просто сногсшибательно. Мой взгляд падает на её красные туфли на высоких каблуках и скользит вверх по её гладким загорелым ногам. Когда я поднимаюсь взглядом к её круглой попке, мне в голову приходят мысли о том, чтобы вставить туда анальную пробку. На ней белое платье, которое держится высоко на бедрах. Если бы она наклонилась ещё немного, я бы смог увидеть, какого цвета на ней нижнее белье, если оно вообще есть. На спине платья посередине есть вырез, демонстрирующий изгиб её позвоночника. Я перевожу взгляд на зеркало, когда она начинает накладывать ещё туши на свой уже готовый макияж. У неё густые тени для век и румяные щеки. Она слишком занята приготовлениями, чтобы заметить, что я наблюдаю за ней. Мой взгляд перемещается на перед её платья, оно с высоким вырезом и воротничком, который обхватывает её стройную шею.

Её телефон снова подает звуковой сигнал, но она, кажется, не слышит его. Или просто предпочитает не обращать на него внимания. Я поворачиваюсь, чтобы вернуться к тумбочке и поднять его.

Моя девочка собирается хорошенько потрахаться. Я набираю собственное сообщение:

Затем я нажимаю кнопку выключения до тех пор, пока он полностью не отключится. Последнее, что мне нужно, — это чтобы они позвонили ей. Она не сможет ответить. Кроме того, у неё будут связаны руки, и она не сможет говорить, потому что ей придется пользоваться ртом.

Моя девочка заслуживает наказания за то, что ушла сегодня после того, как я сказал ей, что она не сможет, а затем выключила свой телефон. Она должна усвоить, что это недопустимо.

Кладу её телефон в карман, чтобы она его не искала. Затем я выхожу из спальни, чтобы взять вещи, которые мне понадобятся. Я в настроении поиграть.

Шарлотта

Я делаю шаг назад и рассматриваю себя в зеркале в ванной. Мои подруги уже несколько недель умоляют меня пойти куда-нибудь, но я стала одной из тех женщин, которые, кажется, забывают о том, кем они когда-то были, ради парня. Итак, сегодня вечером я пойду куда-нибудь, напьюсь и, вероятно, вернусь сюда, но, по крайней мере, я собираюсь притвориться, что не становлюсь зависимой от мужчины. Чем дольше я здесь, тем больше мне кажется, что я слишком остро реагирую. Возможно, за мной никто и не следил. Я была зла на Хейдина, и это навело меня на мысль, что это был он.

Я начинаю складывать косметику обратно, которую разбросала на столике, когда вижу, что в ванную входит Хейдин. Он подходит ко мне сзади и ставит бокал вина на стойку рядом с моей, теперь уже полной, сумкой. Я вижу его впервые с тех пор, как уехала сегодня.

Мы оба игнорируем друг друга. Я знаю, что он что-то сделал с Энрике, и он знает, что я в курсе этого.

— Мм, спасибо, — беру стакан и делаю глоток.

Он кладет руки мне на бедра и проводит ими вверх. Я давлюсь холодным вином, и ставлю бокал на стол.

— О, нет, — говорю я ему со смешком, отталкивая его руки, точно зная, что он делает.

Его рука обхватывает меня сзади за шею, запрокидывая мою голову назад. Моё дыхание учащается вместе с пульсом, когда его свободная рука задирает подол моего платья до бедер, а его ладонь опускается мне между ног, обхватывая мою киску.

— Ты только что сказала мне «нет», куколка?

Я сглатываю, уткнувшись в его руку, от веселья в его голосе, и смотрю в потолок.

— Я ухожу, — говорю я, паникуя.

— Твои планы изменились, — объявляет он таким тоном, что я не успеваю возразить.

— Хейдин…

Его рука сжимается на моем горле, а другая скользит в мои трусики.

— Ты выглядишь великолепно, куколка.

Я стону, когда его палец нежно играет с моей киской. Мои бедра двигаются сами по себе, пытаясь заставить его коснуться того места, которого я жажду больше всего, но безуспешно.

— Тебе действительно не стоило так напрягаться ради меня, но я очень ценю это.