— Не думаю, — говорю я с реверансом.

Он встает, идет к столу и поднимает пузатую бутылочку.

— Полагаю, тебе не удалось убить моего брата?

— Мадок запретил мне появляться во дворце, — говорю я. — Я думаю, он боится моего влияния на Верховного короля, но я ничего не могу сделать Кардану, если мне не позволят его увидеть.

Балекин делает еще один глоток своего вина и идет ко мне.

— Будет бал, маскарад в честь одного из лордов Нижнего двора. Это будет завтра, и до тех пор, пока ты сможешь улизнуть от Мадока, я найду способ, как тебя туда затащить. Можешь приобрести костюм и маску самостоятельно, или тебе и это понадобится от меня?

— Я могу одеться сама, — говорю я.

— Хорошо. — Он поднимает пузырек. — Колоть было бы очень драматично на таком общественном мероприятии, но яд намного легче. Я хочу, чтобы ты носила это с собой, пока не побудешь с ним наедине, а потом втайне добавишь это в его вино.

— Я так и сделаю, — слова звучат подобно клятве.

Затем он берет мой подбородок, в его голове слышатся чары.

— Скажи мне, что ты моя, Джуд.

Когда он кладет флакон мне в руку, мои пальцы сжимают его.

— Я ваше создание, принц Балекин, — говорю я, глядя ему в глаза, и лгу с разбитым сердцем. — Делайте со мной всё, что хотите. Я — ваша.  

Когда я собираюсь покинуть Холлоу-Холл, меня внезапно охватывает волна истощения. Я сижу на ступеньках, легкомысленная, и жду, пока чувство не пройдёт. План растёт у меня в голове, план, который требует покрова тьмы. И сейчас как раз я хорошо отдохнула и достаточно хорошо экипирована.

Я могла бы пойти к дому Тарин, но Локк будет там, и он однажды уже попытался убить меня.

Я могла бы вернуться к Мадоку, но если я это сделаю, вполне вероятно, что слугам было приказано завернуть меня в одеяла и держать в мягком плену, пока Кардан избавится от моего командования и поклянётся подчиняться своему Верховного Генералу.

Ужасно, но я думаю, что лучше всего остаться здесь. Нет слуг, никто не беспокоит меня, кроме Балекина, и он занят. Я сомневаюсь, что он даже заметит моё присутствие в этом огромном и пустом доме.

Я хочу быть практичной, но это очень трудно, когда это означает борьбу с инстинктами, которые говорят мне бежать от Балекина как можно дальше и быстрее. Но я уже исчерпала себя.

Пробираясь в Холлоу-Холл достаточно раз, я знаю, как пройти на кухню. Я пью много воды, чувствуя, как отчаянно хочется пить. Затем я иду вверх по ступенькам туда, где когда-то спал Кардан. Стены голые, насколько я помню, посреди комнаты стоит кровать с полу-балдахином, на ней есть резьба в виде танцующих с кошачьей грацией девушек с обнажённой грудью.

У него были книги и бумаги — теперь уже их нет. Но в шкафу все ещё полно экстравагантной и заброшенной одежды. Я полагаю, она больше не достаточно хороша для Верховного Короля. Но многие из них черны, как ночь, и есть одежды, в которых будет легко двигаться. Я забираюсь в кровать Кардана, и, хотя я боюсь, что буду вертеться и нервно поворачиваться, я удивляюсь, что сразу же проскальзываю в глубокий и безмолвный сон.

…

Проснувшись в лунном свете, я иду к его шкафу и одеваюсь в самую простую одежду: бархатный дублет, с которого я вырываю жемчуг из воротника и манжетов, а также пару простых мягких брюк.

Я снова отправилась в путь, чувствуя себя менее шаткой. Когда я прохожу через кухню, я почти ничего не нахожу из еды, только горбушку твёрдого хлеба, которую я грызу, когда иду по темноте.

Дворец Эльфхейма — массивный холм. Большинство важных залов — включая огромный тронный зал — под землёй. На вершине находится дерево, корни которого уходят глубоко-глубоко, намного дальше, чем корни обычного дерева, и это, несомненно, было благодаря магии. Однако под деревом есть несколько комнат, в которых тонкие кристаллы пропускают свет. Это не очень роскошные комнаты, как та, где однажды Кардан поджёг пол, и Никасия вышла из тайной двери, чтобы выстрелить.

Эта комната теперь опечатана, двойные двери заперты и закрыты, так что проход в королевские комнаты недоступен. Было бы невозможно попасть внутрь комнаты из дворца.

Но я собираюсь подняться на холм.

Тихо и незаметно я отправилась в путь, погружая два моих ножа в грязь, подтягиваясь, втискивая ноги в камни и корни, и затем снова и снова делая это. Я поднимаюсь все выше и выше. Я вижу летучих мышей, кружащих над головой и замирающих, и надеюсь, что они не чьи-то шпионы. Сова ухает с ближайшего дерева, и я понимаю, сколько существ может наблюдать за мной. Все, что я могу сделать, так это идти быстрее. Я почти добралась до первых окон, когда слабость поражает меня.