Какое-то время он молчал и тяжело вздохнул. Я слегка напрягся.

-Анна не может дозвониться до Адель, телефон выключен.

-Я не видел ее, если ты об этом.

Резко отвечаю ему я.

-Если увидишь, дай знать, она переживает.

-Если увижу.

Резко ответил я и сбросил вызов.

Они будут преживать за нее как за ребенка, вский раз когда у этой девчонки будет выключен телефон?!

Пожалуйста, но это не в моих интересах. Искать ее я не собираюсь. Я резко сбросил скорость, ещё немного размышляя о разговоре с отцом. Злость бурлила внутри, но она понемногу начала утихать, уступая место пустоте. Машина ехала почти на автопилоте, а я пытался собраться с мыслями, отвлекаясь на дорогу.

И тут я увидел его. Автобус.

Вся передняя часть была смята, словно консервная банка, фары выбиты, а стекло лобового окна разлетелось на тысячи острых, как бритва, осколков, усеявших дорогу. Сбоку зияла огромная рваная дыра, через которую виднелись изуродованные сиденья, обломки железа и кровь, растёкшаяся по полу. Металлические поручни были скручены, как сломанные кости, и среди этого хаоса валялись обрывки одежды, рваные сумки, а кое-где даже обувь.

Фура, которая врезалась в автобус, стояла неподалёку, её кабина вмялась в левую часть автобуса, будто разрезала его напополам. Дым поднимался от двигателя, а вокруг него уже расползались чёрные пятна масла. Вокруг царила жуткая тишина, разрываемая лишь звуками раций и криками врачей скорой помощи, пытающихся спасти тех, кто ещё остался жив. Удар был настолько мощным, что крыша автобуса была вдавлена внутрь, а боковые стенки пошли волнами, как смятая бумага. Пассажиры, попавшие в эпицентр удара, остались зажаты внутри, и через выбитые окна можно было увидеть, как они беспомощно лежат, среди стеклянных осколков и искорёженного металла.

Повсюду мигали красно-синие огни полицейских машин и скорой помощи.

Внутри всё оборвалось.

Это был тот самый автобус, в котором ОНА добиралась до университета. Моя рука непроизвольно дернулась, выключая двигатель. Я почти не помню, как выскочил из машины, но через мгновение я уже мчался к автобусу, сердце колотилось где-то в горле. Каждая секунда тянулась, как вечность, пока я пробирался сквозь толпу, стараясь не дать панике поглотить меня.

«Нет, только не это...», — мысль повторялась в голове, будто заклинание, которое могло изменить реальность.

Полицейские и медики сновали вокруг, не обращая на меня внимания, пока я пробивался ближе к автобусу. Я отчаянно искал её лицо среди тех, кого уже вынесли на носилках. Я подбегал к накрытым телам и сдергивал покрывала. Не она! Слава Богу не она! Я должен попасть внутрь…она все еще там! В этот момент автобус загорелся…

Я отскочил назад. Пламя стремительно охватило Автобус, разгораясь и выплёскиваясь наружу. Огонь вырывался изнутри, как жадные языки, поглощая всё вокруг. Металл, когда-то прочный, теперь лопался и деформировался под действием жара. Стекла лопались с треском.

Ох черт, нет нет!

Паника окутывает меня как густой туман. Словно мир вокруг внезапно стал зыбким и нестабильным, и я не могу определить, что реально, а что нет.

Я пятился к своей машине, чувствуя, как жгучий дым проникает в лёгкие, затрудняя дыхание. Дым заволакивал всё вокруг, заставляя глаза щипать, а крики и шум огня сливались в одно жуткое полотно. Огонь вырывался наружу, обжигая всё на своём пути, и я видел, как автобус полностью поглощается пламенем, превращаясь в чёрный силуэт, из которого поднимались страшные языки пламени.

Я стоял, чувствуя, как в груди стучит сердце, и посмотрел на экран телефона: снова отец. Дым от горящего автобуса продолжал заволакивать всё вокруг, но этот звонок как будто зацепил меня за самое сердце. Я медлил, не зная, что сказать или сделать. Нервы не выдерживали, и я, наконец, поднял трубку.

– Да? – голос звучал тяжело, в нём ещё чувствовалась дрожь от паники.

– Джейсон, – отец ответил спокойно, его голос был размеренным, как будто он и не знал, что происходит. – Все хорошо, Адель уже час назад добралась до университета пешком.

-Ее нет в автобусе?!

С неким раздражением и непониманием спросил я.

Глубоко вдохнул, и медленно выдохнул, ощущая как напряжение постепенно ослабевает.

-В каком автобусе?

Сука. В горящем! с мертвецами!

-Не важно.

В этот момент я почувствовал, как гнев захватывает меня. Вместо облегчения во мне только нарастала ярость. Я злился, что она поставила меня в такую ситуацию, что её поведение довело меня до состояния полного отчаяния. Я ненавидел её за это.