— Андрей, — голос мягко так звучит, тихо, и успокаивающе. Обволакивает этой мягкостью, позволяя закрыть глаза и насладиться долгой минутой, пока тонкие пальцы зарываются в мои волосы, поглаживают их, кожу головы массируют. Пытается помочь, моя девочка, хоть так снять напряжение. Вот только это не поможет, конечно. До тех пор, пока моя дочь не вернется домой, это напряжение не исчезнет. Пока я не верну ее домой.

— Тебе нужно отдохнуть, — наклоняется ко мне, заглядывая в глаза, и я по появившейся между бровями складке понимаю, насколько ей не нравится то, что она видит.

— Мне недолго осталось. Иди спать, Лекса, — очередная ложь, которая за эти дни? Конечно, она не верит. Уже не верит. Но и не знает, что с этим делать. До этого момента она просто уходила, давая мне возможность заниматься поисками Карины. И только ими. Но сейчас что-то изменилось? Иначе почему вместо того, чтобы привычно кивнуть и, поцеловав на ночь, она не ушла в спальню, а обхватила мои руки ладонями и тяжело выдохнула.

— Не надо, любимый.

Так же тихо произносит. Вот только в голосе её звучит хорошо скрытое, но всё же раздражение. Или мне кажется?

— Не надо отгораживаться от меня, Андрей. От НАС, — делая упор на последнем слове, — Я знаю, — она сжимает мои пальцы, не давая ответить, — я знаю и я верю, что ты обязательно найдёшь Карину. Но позволь мне помочь, позволь НАМ всем помочь тебе.

Медленно выдохнуть, давя зарождающееся уже внутри меня раздражение.

— Милая, спасибо. Я знаю, что ты рядом, я не отгораживаюсь. Просто сейчас…

— Не говори только, что это временно. Пока ты не вернешь Карину, — Лекса повернулась ко мне, и в её глазах блеснула злость, — Ты такой не из-за поисков. Не из-за того, что пропала твоя дочь, — резко прикрывает пальцами мне рот, не давая возмутиться вслух, — нет, Андрей, когда ты расстроен, когда ты зол, ты совсем другой. Если бы я чувствовала твою жажду мести или ненависть к тем, кто сделал это, я бы не пришла сюда сегодня. Но я, — она нервно облизнула нижнюю губу, — я вижу только, как ты топишь сам себя в болоте вины. Это чувство разрушает тебя, любимый. Ты проклинаешь себя за то, что случилось. Ты отказываешься принять чью-либо помощь, перестал доверять самым близким, Максу…

Ааааа…ну теперь понятно стало, откуда ветер дует. Видимо, Зверь Дарине доложил о наших разногласиях. Трепло! И верёвочка продолжила виться и докрутилась вот до этого бессмысленного разговора в три утра.

— Ты знаешь, что я поддержу тебя. Всегда поддержу, — горячие пальцы круговыми движениями ласкают кожу ладони, — Боже, я каждый день молю высшие силы, если они, действительно, есть, вернуть нам Карину. Мне страшно. Так же, как и тебе, мне страшно за неё. Ведь я её…

И прикусывает язычок, а у меня в горле начинает саднить от её невысказанных слов. Ей страшно, потому что она понимает, потому что прошла через похищение, как и Карина. И Александра отводит глаза на миг, глубоко вздыхает и продолжает:

— Ты готовишь что-то масштабное, что-то действительно опасное, так ведь? Поэтому увеличил в несколько раз охрану в доме? У Фаи? У всех наших. Но я согласна, — она торопится, говорит быстро, подсознательно боясь, что я остановлю её, — я согласна на любые ограничения и запреты. Я больше не та глупая девчонка, которая будет отстаивать свою свободу. Мне плевать на отмену концертов, мне плевать на то, что мы фактически заперты здесь, и узнаем о происходящем вокруг только из гаджетов. Меня волнуешь ты…что именно ты затеял Андрей? Снова война?

— Зверь рассказал ей и это?

— Зверю не нужно никому ничего рассказывать! — её голос срывается на высокие ноты, — Я не слепая, Андрей. Женщины вокруг вас — не бездушные слепые глупые куклы. Мы боимся! Дарина боится. И я. Мне страшно за тебя! Ты не спишь, ты перестал есть, ты не отвлекаешься ни на что, ты одержим одной-единственной идеей…

— У. Меня. Пропала. Дочь. На что, кроме её поисков, я должен по-твоему отвлекаться?

Не получилось мягко. К сожалению. Наверное, к сожалению. Получилось. Грубо. Сквозь зубы. И почему-то даже не тронуло то, как дёрнулись хрупкие плечи от неожиданности.

А следующие мгновение стали неожиданными для меня.

— Так найди её, а не продолжай наказывать себя за то, что произошло с ней. Снова. Ты думаешь, мы все идиоты? Не понимаем, что ты ТАК наказываешь себя?! Твои поиски каждый раз заходят в тупик, и ты не придумал ничего лучше, как затеять нечто настолько опасное, что Макс…нет, ЗВЕРЬ, увозит свою семью из страны!

Александра резко выпрямилась и пошла к двери, бросив короткое:

— Карина будет разочарована, когда увидит, каким слабым стал её отец.