Я не сразу ее поняла. Не сразу вспомнила, что именно ей сказала, но в эту секунду говорить о чем-то совершенно перехотелось.

— Конечно нет. Ты что? Нет! Как ты могла такое подумать. Нееет.

Резко привлекла ее к себе, подняла на руки и спрятала ее личико у себя на груди. К черту Егора и куклу эту. Мне наплевать как она с ним себя ведет. Он в любом случае все это заслужил. Я отстранилась от Маши и обхватила ее щеки ладонями.

— Посмотри мне в глаза. Мама тобой гордится и никогда не стыдится тебя. Только некрасивых поступков. Понимаешь?

Она кивнула и снова обняла меня за шею.

В дверь комнаты постучали и тут же вошла Регина. У нее была редкая привычка появляться в самые неподходящие моменты и нагло нарушать мое пространство.

— Добрый день. Меня послали за вами. К девочке приехал врач.

Я вскинула голову и сердце гулко забилось. Я не ослышалась? Врач? Так скоро?

— Идемте она ждет вас внизу в кабинете Егора Александровича.

Она мне понравилась. Врач, которая приехала к Маше. Те врачи, по которым я ходила в свое время…не то что были плохими им было наплевать на нас с Машей, а дать им «на мороженное», чтоб все же они проявили интерес, я не могла.

Эта женщина была совсем другой, словно с мира за экраном телевизора. Таких только там показывают. Она оказалась не только сурдологом, но и психологом. Вначале провела с Машей обычные проверки, спросила есть ли у меня какие-то выписки и документы. Они конечно были, но точно не здесь.

— Тогда мы проведем все обследования заново. Но для начала я хотела бы покопаться в генетике, посмотреть поглубже. Вы говорите, что у вас в семье не было слабослышащих или вам неизвестно?

— Мне не известно. Мама с детского дома, а своего отца я не знала. Есть один единственный родственник — мой сводный брат, но у него со слухом все в порядке.

— А отец Маши? Что с его стороны?

Вот у него и спросите. Хотелось выпалить ей в лицо, но я этого не сделала.

— Не знаю. Те родственники, с которыми я была знакома с ними все в порядке.

— Но отец ребенка…вы с ним контактируете? Можно попросить его сдать анализы?

— Нет. Мы не контактируем.

— Ясно. Значит проведем исследования. Проверим хотя бы вас. Я бы так же хотела, чтоб вы привезли Машеньку ко мне в клинику, и я смогла бы проверить ее на нужной аппаратуре.

И еще… если бы вы не возражали я бы хотела пообщаться с ней наедине, понять степень ее развития, увидеть, как она себя ведет без вашего присутствия.

— Я не возражаю…если она сама будет согласна.

Я недооценила врача. Ей удалось заинтересовать Машу, и та с удовольствием осталась с ней, а я вышла на улицу. Не знаю почему, но я пришла к забору, туда, где валялась та самая кукла, которую купил для нее Егор. Когда-то он мечтал, как будет покупать своей принцессе игрушки, платья, водить в зоопарк. Я помнила это восторженное выражение лица и то, как блестели его серые глаза. Я с ума сходила от этого блеска и восторга, который он излучал и заражал им даже меня.

Наклонилась и подняла куклу. Увидев вблизи даже вздрогнула. Не поверила своим глазам…Я помнила ее. Именно эту.

* * *

— Анна!

Она всегда называла меня Анной. Не Аней, не дочкой, а именно Анной. И меня это всегда раздражало на каком-то подсознательном уровне. Нет, я пыталась искренне ее полюбить. Пыталась от всей души. Ведь она мама Егора. А все что имело к нему отношение я готова была полюбить абсолютной любовью и просто так. Но с ней не вышло…Это было на уровне эмоций. Увидела ее впервые и поняла, что она сделает все, чтоб мы с Егором не были вместе. Она даже не скрывала. Едва мы вошли в дом она смерила меня взглядом полным презрения с ног до головы и увела Егора в сторону. Не знаю, о чем они говорили я рассматривала дом, приоткрыв рот в удивлении и чувствовала себя дурнушкой, попавшей в сказочный замок к принцу. Наивная идиотка. На самом деле я пропала в ад. Где каждая пылинка мечтала от меня избавиться.

— Да.

— Леночка останется с нами на обед. Иди на кухню и скажи пусть накроют на четверых. Проследи чтоб Леночке положили ее любимый салат без соли и непрожаренный стейк.

Она всегда говорила со мной как с обслуживающим персоналом свысока и в приказном тоне. Леночка…От звука ее имени меня перекашивало и начинало трясти. Потому что от меня никто не скрывал, что раньше они с Егором встречались. В одной из комнат я даже видела его фото рядом с ней на лыжном курорте.

— Хорошо, Валентина Ивановна, я обязательно скажу.

— Что за Валентина Ивановна? Я не понимаю. Сколько времени живешь в этом доме и ни разу матерью не назвала. Я говорила Егору, что это ненормально.

Что если после свадьбы не сказала, то уже не скажет…что за воспитание.

— У меня есть мама и она у меня одна.