— Приласкай меня ты…, - всматриваясь в черные глаза, в бушующий в них адский ураган, — нежно, — облизнула пересохшие губы.

Чуть прищурился и этот взгляд… я не могу понять, что он означает и мне страшно до такой степени, что в горле не просто пересохло — глоток слюны сделать больно.

— Я не могу, — сказал как-то сухо и совершенно отрешенно, только голос очень севший, как будто ему надо прокашляться. Но эти слова… они не сочетались с ним, как будто их произнес какой-то совершенно другой человек, незнакомый мне ранее. Потом он вдруг потянул в себя воздух схватил меня за талию и попытался перевернуть на живот, но я вцепилась в его руку.

— Пожалуйстааа, Тамерлан, пожалуйста.

— Повернись сама и раздвинь ноги.

— Нет… нет. нет… пожалуйста. Я не хочу тебя бояться, прошу… не хочу тебя больше бояться!

Пока я говорила он пытался перевернуть меня и уже схватил за волосы, чтобы ткнуть лицом в кровать.

— Не хочу боятьсяяяя, — всхлипывая, хватаясь за его руки. Откуда только силы взялись.

Все же сжал мои волосы и рванул к себе.

— А чего ты, блядь, от меня хочешь? Я не понимаю!

И снова это выражение в глазах, как будто действительно не понимает, что мне надо, как будто сам растерян и злится до дьявольской дрожи во всем теле.

— Хочу… хочу, чтоб мне было хорошо с тобой. Хочу… хочу хотеть тебя. Хочу нежно… хочу не больно. Пожалуйста. Попробовать. Один раз.

Удерживая за волосы смотрит в мои глаза и хватка постепенно ослабевает, а я все еще держусь за его широкое запястье, сжимающей мои волосы, руки. Стиснул челюсти до боли и мне видно, как ему больно, мне даже слышно, как эти челюсти хрустят. Потянула его ладонь к своему лицу, не прекращая смотреть ему в глаза, в этот страшный черный взгляд.

Поднесла руку ко рту и медленно взяла в рот сначала один палец, потом другой, наблюдая как в звере идет адская внутренняя борьба, как искажается его лицо. И вблизи оно красивое, четкое, резкое настолько мужское, насколько вообще внешность может быть мужской. Медленно опустила его руку к своей груди и повела его влажным пальцами по своему соску. Хан ничего не делает, просто позволяет мне делать это самой. И я трусь соском о подушку его пальца. Он настолько большой, что накрывает вершинку полностью. От шершавости по коже бегут мурашки и сосок напрягается. Но в этот раз не от боли и не от страха. Судорожно сглотнув смотрю в глаза Хана, как будто если отведу взгляд и момент будет утерян, очарование разобьется о его привычную жестокость. Повел пальцем сам. Вверх-вниз и остановился, еще раз посылая по моему телу разряды электричества, а я облизала пересохшие губы, и слегка кивнула, накрывая его руку своей, поглаживая грубую кожу.

— Еще… так…, - тихо и осторожно, приоткрыв рот, чтобы дышать было легче. А он перевел взгляд на мои губы и взгляд стал тяжелее, чернее.

Потянула его руку вниз, кусая губу, поглаживая мужской ладонью свой живот, ужасно боясь, что он сейчас разозлиться, отшвырнет меня и все сделает быстро и грубо, но Хан смотрел на меня застывшим взглядом, не отрываясь от моего лица, как будто жадно сжирал на нем что-то известное только ему. Иногда он быстро моргал, а потом снова жадно смотрел.

Горячая шершавая ладонь приятно щекотала кожу, посылая импульсы по всему телу, заставляя кончики груди сжиматься сильнее, а низ живота дрожать. Положила его руку на свою промежность, и он дернулся всем телом, а я сильнее сжала его запястье и подалась вперед, касаясь горящей плотью его пальцев, потираясь о них напряженным бугорком. Впервые напряженным с ним.

Хан вдруг хрипло выдохнул, а я вскинула другую руку и обняла его за шею, привлекая к себе очень осторожно, чтобы не спугнуть зверя, не заставить разъяриться и разодрать меня. Иду по раскаленным углям и мне …мне нравится это ощущение опасности и… в тоже время хрупкого контроля.

Провел пальцами сам между нижними губами, а я положила его вторую руку к себе на грудь, ткнулась в ладонь острым соском и в ту же секунду ощутила как его большой палец надавил на клитор едва ощутимо, потом погладил его еле касаясь, заставляя меня вздрогнуть от остроты ощущений, тихо застонала не в силах вытерпеть это изнеможение и предвкушение….видя как приоткрылся его рот и как он нервно облизал губы, не прекращая наблюдать за мной.

— Хорошо? — спросил хрипло и сглотнул сильно так что его кадык дернулся и вернулся на место.

— Да, — едва слышно прошептала и потерлась о его палец сильнее, все тело содрогнулось от сладкой истомы и я, удерживая его руку, скользнула ею вверх-вниз и вокруг напряженного узелка, как делала это сама, он тут же уловил ритм и повторил за мной, заставляя резко запрокинуть голову от режущего удовольствия.

— Нежно? — шепотом… а я и не думала, что он умеет шептать. Это так волнительно слышать его голос так… так тихо. — Это нежно?