Мои размышления прервал голос Мухаммада. Он заметил моё состояние и попытался отвлечь:

— Вика, как тебе наша новая стратегия? Я уверен, что у тебя есть интересные идеи.

Я улыбнулась Мухаммаду, благодарная за его попытку помочь, но внутри всё кипело. Разговоры о работе уже сменились непринужденной обстановкой и я могла отвлечься…

— Да, у меня есть несколько предложений, — ответила я, стараясь держаться уверенно. — Я скажу, что думаю попозже.

Мухаммад кивнул, понимая, что сейчас не время настаивать. Я была благодарна ему за терпение и понимание. Он снова обратил своё внимание к гостям, а я продолжила наблюдать за Ахмадом и Зобейдой. Их взаимодействие было настолько естественным, что это причиняло мне физическую боль. Я пыталась анализировать каждое их движение, каждое слово, чтобы понять, что именно вызывает такую сильную реакцию.

Когда Ахмад взял Зобейду за руку, чтобы помочь ей подняться, я почувствовала, как ревность вновь захлестнула меня. В этот момент я осознала, что всё ещё безумно люблю его, несмотря на всё, что произошло. Эта любовь была пронзительна и болезненна, и я не знала, как избавиться от неё.

Вечер продолжался, я пыталась сосредоточиться на своих обязанностях. Я перевела несколько речей, стараясь делать свою работу как можно лучше. Но я с трудом держала себя в руках. Мне было откровенно плохо. Ужасно хотелось разревется. Хотелось вытащить нож из своего сердца, хотелось свернуться калачиком и выть. Но я не могла. Я должна была улыбаться.

Мухаммад снова обратился ко мне, его голос был мягким и заботливым:

— Вика, если тебе нужно время для себя, просто скажи. Я понимаю, что тебе нелегко. Знал бы, что ты будешь настолько нервничать то нашел бы временного заместителя.

— Я просто плохо спала ночью. У Миши режутся зубки.

— Понимаю…Если ты хочешь уйти прямо сейчас — ты можешь это сделать.

Я кивнула, благодарная за его поддержку. Мухаммад всегда был рядом, и я знала, что могу на него положиться. Но теперь мне нужно было научиться полагаться на себя.

— Я все же уже буду до конца. Не хочу подводить тебя.

Я должна была принять свою боль, свою ревность и научиться жить дальше. Ахмад был частью моего прошлого, но будущее принадлежало мне. И только от меня зависело, каким оно будет. В тот момент Зобейда особенно весело засмеялась и я заметила руку Ахмада на ее бедре. Резко стало нечем дышать…

— Я выйду ненадолго, подышать воздухом.

— Конечно…

Все же я не выдержала. Все эти взгляды, разговоры, смех — всё стало невыносимым. Я чувствовала, как мой внутренний мир рушится под тяжестью ревности и боли. Мои руки дрожали, и сердце колотилось так, что я едва могла дышать. Нужен был воздух, нужно было побыть одной. Извиняясь перед гостями, я быстро покинула зал и направилась наверх, к закрытой веранде, где надеялась найти немного тишины и покоя.

Наверху было тихо. Я открыла дверь веранды и вышла на неё, чувствуя, как холодный ночной воздух обдувает лицо. Здесь, вдали от шума и суеты, я могла наконец-то собраться с мыслями. Взглянув вниз, я увидела пролетающие машины, их огни мелькали, как звезды в потоке ночи. В этом непрерывном движении было что-то успокаивающее, напоминающее мне, что жизнь продолжается, несмотря на все сложности.

Я оперлась на перила и закрыла глаза, стараясь привести дыхание в порядок. В голове крутились мысли о том, что больше ничего не вернуть назад. Всё очень и очень сложно. Ахмад нашёл другую, и я должна была смириться с этим. Но почему это так больно? Почему я не могу отпустить его?

Внезапно я почувствовала, как кто-то подошёл ко мне сзади. Я резко обернулась и увидела Ахмада. Его лицо было серьёзным, глаза блестели в темноте. Сердце снова заколотилось, но на этот раз от неожиданности и смятения.

— Вика, — сказал он тихо, и в его голосе было столько чувств, что я вздрогнула. Когда он произносил мое имя я покрывалась мурашками.

Я не хотела, чтоб он близко подходил ко мне. Это было опасно…для меня. Для моего сердца. Это было невыносимо опасно. Но Ахмад сделал несколько шагов и вдруг резко обхватил мое лицо с правой стороны ладонью, проводя большим пальцем по скуле.

— Красивая, такая красивая….моя Вика…мои пальцы изголодались по ощущению твоей кожи.

Я вздрогнула от прикосновения…и старалась не смотреть ему в глаза. Только каждая молекула дрожала от этого голоса. И этот запах, его близость. Только я больше ничему не верю. Как же это похоже на правду, но я знаю какой сладкой может быть ложь. Только моей плоти плевать…и там где он касается моего лица пробегают крошечные мурашки.

— Не надо…, - тихо прошептала я, пытаясь убрать его руку, но он перехватил мое запястье и резко привлек меня к себе, заламывая ее за спину.

— Что не надо? Трогать тебя? Говорить, что ты безумно красивая? Что не надо, Вика? Скажи мне…