Сидит на краешке постели, рисует на салфетке что-то шариковой ручкой. Совсем ребенок. Внутри все выворачивается наизнанку. У меня к ней даже ощущений как к женщине нет. Даже не воспринимаю. И когда думаю о том, что я ее трахал начинает тошнить.

— Алена… — позвал и она вскинула голову. Ожидал увидеть ужас на ее лице, ожидал, что она будет смотреть на меня с презрением, но этого не произошло. Она смотрела с жалостью и с пониманием. Я ощутил себя бешеным псом, который покусал ребенка, упал на колени и обнял ее ноги. Ощутил как она гладит мои волосы и всхлипнул.

— Я знаю, что там с тобой была не я.

Напрягся, сжимая худые коленки.

— Это не меня ты…а ее…Вику. ЕЕ наказывал, ее любил, ее терзал. Я знаю.

Судорожно глотнул горечь во рту, самому противно от себя.

— Не вини себя…ты был не ты. Это был злой, испуганный, страдающий зверь. Он плакал от боли. Я помню, как он плакал. Я ему позволила бесноваться.

— Прости…

— Я его простила. Он не ведал что творит.

Она говорит, а я чувствую себя еще большим ублюдком, чувствую себя скотиной. Понимаю, что все знают о том, что было. Понимаю, что начнут шептаться, оскорблять, могут на улице зашвырять камнями. Однажды я не смог защитить и потерял. Однажды я сам себя уничтожил. Решение пришло мгновенно. Я еще не был уверен, я еще сомневался.

Но когда вернулся домой меня встретила Самида.

— Что решил, мой лев. Ведь ты принял какое-то решение?

— Я не позволю. Чтоб ее хоть кто-то оскорбил!

— Это будет хорошая партия, Ахмад. Скромная, покорная, любящая тебя жена. Жена, которая уважает твою семью, уважает меня, будет соблюдать традиции.

Самида словно читала мои мысли. А еще…впервые она была согласна с моим выбором и поддерживала его.

— Мне нужно, чтобы все было оформлено задним числом. Чтобы имам засвидетельствовал о никахе.

— Он засвидетельствует. Найдутся и свидетели первой брачной ночи. Простыни еще не стираны.

Вскинул голову и встретился с ней взглядом.

— Я же твоя мать. Пусть и не биологическая. Но я знаю тебя, знаю твое благородное сердце. Я предполагала, что ты решишь все исправить. Мой мальчик честный и сильный мужчина, отвечающий за свои поступки.

— А она…она может отказаться.

— Не откажется. Оставь это мне, сынок. Я поговорю с ней. А еще…еще я вижу то, что не видит никто. Я вижу как эта девочка любит тебя и совсем не как сестра.

Спустя шесть недель…

Самида зашла в кабинет врача и прикрыла за собой дверь.

— Как все прошло?

— Все получилось.

Она аж выдохнула и вздрогнула, засияла от радости.

— Точно?

— Точно. Вот результаты анализа крови. Мы повторили его несколько раз. Беременность наступила.

— Я надеюсь в этот раз будет без сюрпризов!

— Я ничего не могу обещать… и вы знаете почему. Есть риски. Они большие.

— К черту! Наши предки вообще об этом не задумывались и как видите мы не вымерли. Проверяйте, следите за здоровьем и состоянием. Чтобы снова не родились слепые недоделки! И …не дай Аллах это будет девочка!

Врач вежливо кивнул и почтительно склонил голову.

— Ждете вознаграждения? Вот! Как и договаривались!

Бросила сверток на стол.

— Наличка. Скажи мне то, что у нее с головой не все в порядке не отразится на беременности?

— Не должно. Окружите ее покоем.

— Потом вы должны помочь мне избавиться от нее! Помните уговор?

— Конечно. Все будет сделано в самом лучшем виде. Как и в прошлый раз.

Вышла из кабинета сияя триумфом, радуясь своей победе. Еще одна попытка. И в этот раз она не проиграет. Слишком много поставлено на карту. Да и время поджимает. Она уже не молода.

Поправила черный платок, опираясь на палку прошла к машине. Водитель помог ей сесть, подал сумочку.

— В офис Ахмада. Мне надо поговорить с ним.

— Пришла просить тебя.

Невольно залюбовалась его высоким ростом, мощной фигурой и непослушными волосами где на висках появились первые ниточки серебра. Какая адская гордость всегда брала при взгляде на него, какая невиданная сладость наблюдать за ним и осознавать, что он принадлежит ей, даже не зная об этом. Повернулся к Самиде и она сразу отметила, что он чем-то озабочен, что его лицо как всегда мрачное в этот раз какое-то особо ожесточенное. Есть что-то чего она не знает?

Слишком занята была своими делами.

— Я к тебе по важному делу, мой мальчик.

— Могла бы просто хотеть меня увидеть.

— И это тоже.