— Помоги…найди моего сына и можешь казнить меня, можешь делать со мной что угодно!
Смотрю на ее лицо, на хрустальные слезы, текущие по щекам, на пухлые губы и трясет всего, потому что знаю, что не отпущу. Что уже не дам уйти. Что мне теперь плевать на все и на всех. Потому что ОНА здесь.
— Тряпкой моей станешь, дыркой. Добровольной. Всегда ждущей, раскрытой и текущей. Моей сукой.
— Кем угодно…
— Мужу своему позвонишь и скажешь, что ты моя шлюха! Поняла?
— Найди моего сына…
Вцепился в ее волосы и дернул к себе, оскаливаясь и рыча прямо в лицо.
— Ты все еще считаешься убийцей моей дочери…ты все еще в розыске. Ты все еще та тварь что сбежала от меня с другим мужиком, ты все еще та сука, что родила не от меня ребенка…
— Он твой! Найди его и убедись! Он твой!
Хочется верить, какой-то части меня невыносимо хочется ей верить. Но я помню как она сбежала, помню, как узнал о ее браке, помню все. И ложь ее гадкую помню.
— Идем!
Послушно позволила подтащить себя к окну с противоположной части комнаты, я раздвинул штору и припечатал ее к стеклу.
— Смотри…Видишь там внизу…Видишь беременную женщину. Она ждет от меня сына. Она моя настоящая жена! Впрочем ты ее знаешь…она ведь твоя сестра.
Ощутил, как женщина в моих руках обмякла и поползла по стеклу вниз, растопырив пальцы рук и оставляя влажные следы на окне. Упала на пол, прижимаясь лицом к стеклу.
— Алена?
— Алена. Моя законная жена, которая носит моего наследника и скоро родит. Так скажи на хрена мне нужен чужой ребенок, если скоро родится мой собственный!
— Тот…тот тоже твой!
Пролепетала она и схватила меня за руки, обожгла ладони своими прохладными пальцами, захотелось сдавить их, стиснуть до боли. Прикасаться, трогать так, чтоб кожа дымилась.
— Зачем эта ложь?
— Твой…помоги найти моего сына, Ахмад. Твоего сына. Помоги найти и я сделаю все что ты захочешь!
Глава 3
Ранее…
Когда я пришел в себя ее уже унесли. У меня гудело в голове, адским набатом отстреливало в висках, и я не мог понять какого хрена произошло. Только кровь на простынях…и помутнение в голове, образы, ощущение пустоты и понимания, что ЕЕ со мной не было. Тогда кто был? Мой член в крови, вокруг пальцев запутался клок волос…светлых волос. Но это не ЕЕ волосы.
Осмотрелся по сторонам и вдруг все понял. Выскочил из комнаты.
— ГДЕ-Е-Е-Е-Е?! Адским рыком на слуг, пока не увидел Самиду, которая выбежала ко мне.
— Тш-ш-ш…тихо, тихо, мой мальчик, мой лев. Все хорошо.
— Что хорошо? Где Алена? Где девочка? Она жива?
— Жива. Увезли в больницу. Врачи уже ею занимаются. Все хорошо. Твои люди там, за всем следят, все оплачено.
— Я…ее…
— Ты не думал, что это она. Не вини себя.
— Мама Самида-а-а, я ее…девочку эту… я ее…
Обхватил плечи тети, а она наклонила мою голову к себе на плечо.
— Тш-ш-ш… все хорошо, Ахмад, мой лев. Все хорошо. Девочка будет жить. Ею занимаются врачи.
— Врачи… — пробормотал я, обхватывая голову руками и чувствуя себя тварью, падалью. Редким ублюдком. Как я мог тронуть ее. Она же мне как…как дочь! Как сестра! Я бы никогда. У меня же даже не дергался на нее. Как блядь?
— Виски…, - пробормотал я, — что-то было в гребаном виски! Где Самир? Самир, мать твою! Пес! Где ты?
Я ворвался в его комнату, стянул его за шкирку с кушетки и придавил к стене.
— Что было в виски? Что, твою гребаную, сучью мать, было в виски?
— Немного для расслабления…не более. Хотел, чтоб ты расслабился, хотел, чтоб ты отдохнул, Ахмад. Ты же как натянутая тетива. Ты словно порванный нерв.
— Бля-я-я-ядь! — за морду его пятерней — Я из-за тебя! Я такое сделал! Я! Еще раз! Еще раз ты примешь какие-то решения за меня я лично оторву тебе башку, я снесу ее на хер!
В душ! Смывать с себя ледяной водой свое собственное безумие, свою тоску, свою боль, свою одержимость. Стоять под холодными каплями и приходить в себя, осознавать, что сделал.
Я был груб с женщинами, я мог заставлять их испытывать боль…но я бы никогда не тронул эту девочку. Твою ж мать!
В больницу ехал и не знал, что скажу, не знал как в глаза ей посмотрю. Трусил, потому что нахаркал в саму святость. И думать об этом даже не мог. Прошел длинными коридорами с накинутым на плечи халатом. С врачом не встречался. Во всем разбирался Самир. Он же мне и доложил все по состоянию.
— Ее физическое состояние удовлетворительное. Несколько гематом, пару ссадин. Кости целы, внутренние органы целы.
— А…психически?
— С ней работал психолог. На самом деле все намного лучше, чем можно было ожидать. Тебе надо с ней поговорить. И успокоиться.
Поговорить. С девочкой, которую я терзал и ломал, приняв за другую.